"Бизнес-подход" к правой партии – поедет ли гибрид?
Представления российского миллиардера Михаила Прохорова о том, как будет выглядеть новая правая российская партия (выраженное, правда, его представителями) показывает, что российские либералы так ничего и не поняли и ничему не научились. Талантливый бизнесмен, которому – дай Бог – может удастся проект "Е-мобиль", предусматривающий создание первого действительно качественного оригинального российского автомобиля – выглядит не слишком убедительным в качестве политика.
Во-первых, приобретая партию "Правое дело" - ниже будет понятно, почему я употребил именно этот глагол – он приобретает не столько политический актив, притом отнюдь не успешный на выборах. Вместе с ним он приобретает довольно тяжелую политическую историю российских либералов времен 90-х, но при этом – не их харизму, поскольку многие яркие фигуры этого ряда перекочевали либо в маргинальную "внесистемную" оппозицию (как Борис Немцов), либо вовсе ушли из политики (как Ирина Хакамада). Остались, правда, экс-министр экономики Андрей Нечаев, член Общественной Палаты Григорий Томчин и другие сильные политики. Но уживутся ли они с Прохоровым – вопрос открытый.
Требование Прохорова "полностью развязать ему руки" - ключевое для того, чтобы он согласился возглавить правую партию – не во всем сочетается с либеральной сущностью развиваемого политического проекта. Уже на ближайшем съезде партии предполагается ликвидировать институт сопредседательства – очевидно, в пользу единоначалия Прохорова. В его прерогативу также входит изменение названия партии – и сейчас, по утверждению Прохорова, он рассматривает 15 вариантов. Нельзя не заметить в этой связи, что в то же время нет ни слова о политической концепции – или ее принципы тщательно скрываются, что странно в год парламентских выборов.
Все это наводит на мысль, что объявленный Прохоровым "бизнес-подход" к ребрендингу партии означает попросту ошибочное видение политической структуры как фирмы и политической борьбы как конкуренции на рынке товаров и услуг. Но еще партия - предшественница "Правого дела" – "Союз правых сил" - пролетела мимо депутатских мандатов, построив похожую модель на выборах 2003 года. Тогда идеологом предвыборной борьбы партии в последний момент стал известный агрессивный поглотитель бизнесов Альфред Кох, обещавший СПС третье место, но ставший одним из авторов ее политического самоубийства.
Электоральные перспективы "партии Прохорова" также весьма неоднозначны. Вообще, в Конституции России прямо написано, что она является "социальным государством". Если в 90-х это положение оставалось скорее декларацией, то "нулевые" принесли серьезное материальное подкрепление этих слов, а словами "правый либерал" все еще пугают детей – правда, уже не в столицах.
С другой стороны, если говорить о защите прав предпринимателей, то в России есть как минимум три мощных лоббистских инструмента, работающие в этих интересах. Для крупного и среднего бизнеса – Это РСПП, для малого и среднего – ОПОРА России. В "Единой России" существует достаточно активное правое крыло под руководством Владимира Плигина. Для решения конкретных вопросов они наверняка проще и эффективнее договорятся с властью, чем создаваемая партия.
Между тем, российское политическое руководство уже не в первый раз демонстрирует заинтересованность в заполнении правого крыла российского партийного спектра чем-нибудь основательным. Увы – пока все эти попытки наталкиваются на отсутствие достаточного количества качественного политического материала для такого строительства.
