Клинтон, Ягланд и Фуко против ЛГБТ
В связи с заявлением одного из кандидатов на пост президента Америки от Республиканской партии, о неприемлимости однополых браков, в России – как в либеральных, так и в консервативных кругах – возобновились дискуссии о статусе гомосексуалистов, о их месте в обществе, о тех проблемах, которые возникают у натуралов при общении с представителями ЛГБТ и т.д.
Нужно отметить, что новый виток обсуждения темы российской гомофобии/толерантности начался в конце ноября - начале декабря, когда появились сообщения о о запрете пропаганды гомосексуализма в Архангелькой области (закон был принят местными депутатми единогласно) и одобрении Заксобранием Петербурга аналогичного законопроекта. По понятным причинам (выборы и последующие события) локальные победы над "содомитами" не стали повесткой дня. Однако благодаря американским праймериз вышли наружу в период новогоднего дефицита новостей.
Хотя определенный информационный выхлоп в декабре был. Что-то говорили правозащитники, левые и либералы. Хиллари Клинтон от имени американского Госдепа выступила с интересным софизмом ("Права геев – это права человека, а права человека – это права геев"), на который МИД отозвался довольно жестко: мол, не лезь не в свое дело. У вас есть свои геи, с ними и разбирайтесь.
Но с самым забавным и в то же время вызывающим для любого "традиционалиста" комментарием выступил генсек Совета Европы Торбьен Ягланд. В интервью "Эху Москвы" он сказал буквально следующее: "...Защита прав человека – это, как правило, защита прав меньшинств. И если есть какое-то мнение у представителей большинства, это не должно каким-либо образом влиять на права тех, кто в меньшинстве..." Помилуйте, но если группа людей занимается каннибализмом и большинство испытывает от этого явный дискомфорт, то гурманов изолируют от общества или попросту вешают. И их право меньшинства на частную жизнь в стиле Ганнибала Лектора не принимается в расчет. Даже если каннибалы докажут, что их жертвы были согласны и даже были бы рады стать чьим-то обедом.
Дальше – больше: "Во многих европейских странах и, например, в той стране, откуда родом я, в Норвегии сейчас разрешаются однополые браки, и я считаю, что такое разрешение – это всего лишь проявление здравого смысла. Ведь, это явление существует, и нет никакого смысла пытаться его скрыть". Ну-ну. Педофилия тоже существует "во многих странах". Тогда зачем с нею бороться? Давайте лучше разрешим состоятельным педофилам содержать гарем из 12-летних девочек. Ведь "явление существует, и нет никакого смысла пытаться его скрывать".
Ягланд не унимается: "Такая тема как гомосексуальность была фактически объектом табу в Европе 10-15 лет тому назад. Но сейчас тенденция позитивная, и люди понимают, что у человека есть полное право быть гомосексуалистом, быть лесбиянкой, быть даже транссексуалом – и в этом нет ничего зазорного, это абсолютно нормальное явление жизни". Этот аргумент удобнее всего опровергнуть, используя наработки самих сторонников ЛГБТ.
Красной линией через все творчество Мишеля Фуко, одного из самых известных гомосексуалистов XX века, а по совместительству замечательного историка и философа, проходит исследование нормативности. Оно и понятно. С юных лет Мишель испытывал серьезный дискомфорт: его гомосексуальность совершенно не вписывалась в существующие моральные, политические, медицинские, психиатрические нормы. Поэтому зрелый Фуко борется не столько с конкретными нормами, сколько с нормативностью – нормой вообще. И эта борьба в конце концов оказывается успешной! Действительно, любой современный образованный человек понимает, что любое правило и норма – лишь социальный конструкт, изобретенный анонимными инстанциями власти (если следоывать мнению Фуко) для создания того или иного порядка, который распределяет нормальных в большинство, а ненормальных – в дискриминируемое меньшинство.
Меня самого у Фуко всегда смущала именно анонимность властных инстанций, которая, по моему глубокому убеждению, была введена философом, возможно неосознанно, для дистанцирования от true-pмарксистов, для которых власть – всегда функция определенного класса. Инстанции эти скорее камуфлированы, отпалированы до прозрачности, до неуловимости взглядом. Но тем не менее они принадлежат большинству.
Вернемся к выступлению Ягланда. Что он имеет в виду, говоря, что быть ЛГБТ – это абсолютно нормально? О какой сексуальной нормативности можно вообще говорить, когда сами корифеи борьбы за светлое будущее гомосексуализма показали, что норма относительна, произвольна? Поэтому, когда правозащитники кричат, что гомосексуализм и прочие извращения – это нормально, то теперь уже самое время представителями большинства стать в интеллектуальную позу: норма – социальный конструкт! И конструирует ее именно большинство. Поэтому, пока в нашей стране 80% гомофобов (по оценкам социологов), норма будет работать в их интересах. Поэтому: никаких "браков", никаких "детей", никаких "парадов". Скажите спасибо Мишелю Фуко.
