Январские тезисы
Если называть вещи своими именами, то приходится признать: в декабре, после парламентских выборов в России начался политический кризис. Не из тех, которые опрокидывают режимы и меняют системы, пожиже. К тому же, вожаки и наиболее деятельная часть атакующих не устояла перед соблазнами новогодних каникул – и значительная часть пара ушла на активный отдых. Тем не менее, кризис не рассосался, поскольку никуда не делась исходная причина.
А причина в том, что значительная – пожалуй, даже большая – часть "говорящего сословия" (они сами себя предпочитают называть креативным классом) выступила против власти. Поводом для протеста послужили итоги выборов. Притом, что на митинги пошло явное меньшинство граждан страны, недооценивать этот бунт нельзя. Бессмысленно спорить, сколько на самом деле было народу на проспекте Сахарова – 30 или 150 тысяч. Их было достаточно много, и это было активное меньшинство, позиция которого оказывает существенное воздействие на общественное мнения. Можно даже сказать определяющее – хотя, конечно, мнение на выходе сильно отличается от мнения на входе.
Важно отметить: декларируемые причины протеста (разгул коррупции, фальсификации выборов, преследования инакомыслящих) не имеют реального значения. Ни по одной из этих позиций в последнее время не случилось ничего выходящего из ряда вон. "Креативный класс" возбудился по другой причине.
Совсем глупо говорить, что протестная волна целиком инспирирована западными "партнерами". Впрочем, отрицать наличие внешнего фактора еще глупее: среди организаторов и ораторов болотного движения прозападные деятели преобладают, и связь их с "Вашингтонским обкомом" не составляет секрета. Однако надо признать, что фактор этот имеет второстепенное значение. Главные причины – внутри.
Во-первых, у протеста была готовая массовка. Достаточно многочисленная категория недовольных, которым нужен был толчок, чтобы осмелеть и пойти на площадь. Для этой категории придумали много разных названий, но умножать сущности ни к чему. Это все та же интеллигенция – класс образованных отщепенцев, традиционно настроенных против власти и всегда жаждущих перемен. После полного разгрома интеллигентских партий в 2003 году в течение восьми лет интеллигенция ошивалась на задворках политики и копила злобу. Чтобы эта злоба вырвалась наружу, должна была накопиться критическая масса – и возникнуть нужные условия.
Условия создала власть, допустившая две фатальные ошибки. Первая - вера во всесилие технологий. Громадные успехи технологических проектов в 2003-2008 годах породили пагубную самонадеянность. В результате осенью 2011 власть настолько заигралась в техносхемы, что сама в них запуталась. К 4 декабря было очевидно, что власть не консолидирована, не контролирует электорат, не понимает задачу... Иными словами, власть оказалась (или показалась – что, по сути, то же самое, поскольку perceptionisreality) слабой.
Вторая ошибка - тандем. Сейчас уже нет смысла выяснять, почему зимой 2007-2008 было принято неверное решение. Сегодня важно, что двуглавость "вертикали" породила шизофрению во всей властной структуре. Это, кстати крайне негативно сказалось и на технологической части, усугубив путаницу. К тому же, тандемность породила у интеллигенции вредные иллюзии относительно возможности раскола между двумя главными, развеянные решением о рокировке Путина и Медведева. И потому интеллигенция дико обиделась. В первую очередь на Медведева – и потому сейчас блогеры-освободители тратят на пока еще действующего президента больше яда, чем на всех остальных столпов режима, включая даже Путина.
Слабая и дезориентированная власть во время выборов действовала не наглее, но глупее, чем обычно. При Лужкове, скажем, масштабы подтасовок в Москве были куда круче (вспомните выборы МГД в 2009), но административный ресурс работал четко и слажено – и никто ничего не мог поделать. А в 2011 так не вышло: администраторы топорно работали и регулярно подставлялись – притом, даже близко не обеспечив результата, который лужковская "вертикаль" делала играючи.
Таким образом, к 5 декабря собралось достаточное количество факторов, рождающих уличный протест: раздраженная масса, ослабленная власть, информационный повод. И начался кризис.
Подчеркну: реальной возможности сменить политический режим у протестующих сейчас нет. Главным образом потому, что нет общепризнанных лидеров. Таким образом, имеет смысл говорить скорее о начале "оранжевого" процесса, который – если не будет погашен – может привести к результату через два-три года. За это время может сформироваться политическая сила, синтезирующая наиболее популярные лозунги протестующих и способная конвертировать их в голоса избирателей. И лидеры подрастут – тот же блогер Навальный, несмотря на полное отсутствие у него каких-либо дарований, вполне сгодится на роль портрета. Сгодился же Ющенко...
Однако такому развитию событий мешает сама оппозиция. Два действительно массовых митинга в столице и нескольких мегаполисах привели интеллигенцию в эйфорическое состояние. В блогах звучит: "Власть вот-вот рухнет! Стена, да гнилая - ткни, и развалится! Еще один рывок, еще одна попытка!.." И совершенно неважно, как пройдут выборы 4 марта: протест против подтасовок уже готовится.
Однако не будем себя обманывать: Путин на выборах победит. И скорее всего, в первом туре. И силенок, чтобы добиться отмены результатов, у болотной братии не хватит. А интеллигенция состоит из спринтеров, поэтому к лету, не имея конкретных результатов, скорее всего, выдохнется. И тогда в 2014-2015 им придется все начинать сначала.
Но может и хватить – чему способствует власть. "Вертикаль" у нас нервная, при малейшем напряге впадает в истерики. Вот и сейчас – моментально начались уступки. Это не сделало оппозицию более сговорчивой, напротив. Они говорят: "Ага, отступают! Надо давить сильнее!"
С другой стороны, власть начинает склонятся к силовым вариантам. Назначения Иванова, Володина, Рогозина – людей, склонных к авторитаризму – показывают, что "Путин 2.0" вполне может действительно стать диктатором. Только вот ресурс авторитаризма в России невелик...
Все это означает, что "недобонапартистская" модель вошла в зону турбулентности. Пока это только Бородино (ту битву Наполеон, формально говоря, выиграл). Но от Москвы до Ватерлоо совсем недалеко...
Как бы то ни было, политический процесс, затухавший в течение всех нулевых, внезапно возобновился. Только все его участники уже крепко подзабыли, как заниматься политикой. И потому политическая конкуренция сегодня больше напоминает конкурс чудаков, в котором обе стороны ведут борьбу за второе место.
