Империя МЧС давно просится в центр общественного и государственного внимания
РЖ: Как Вы считаете, пожары – это исключительно природное бедствие или теперь это еще и важная государственная проблема?
Модест Колеров: Любое масштабное природное бедствие – государственная проблема. Насколько можно судить, власть осознаёт это бедствие как государственную проблему.
РЖ: Связано ли все происходящее с погодой в последние полтора месяца с глобальным потеплением? Следует ли теперь в большей мере обратить внимание на проблему «глобального изменения климата»?
М.К.: Я не естественник. Не возьмусь даже рассуждать, но как историк – предпочёл бы видеть любые рассуждения о масштабных переменах в контексте не двух-трёх и даже не 20-30 лет, а в пределах ВНЕ тех 140 лет наблюдений, в период которых нынешнее лето стало рекордным. Например, в Дикое поле времени домонгольской Руси забегали ближневосточные львы – является ли это признаком климатических условий?
РЖ: Меняется ли, изменится ли и изменилась ли политическая ситуация в России после серии пожаров? Могут ли функционировать в прежнем режиме власть, правительство и силовые ведомства?
М.К.: Чрезвычайные ситуации – рядовая часть государственной работы. Их профилактика – тоже не требует революций. Но пока нам с трудом удаётся отследить не профилактику, а, так сказать, предметы ведения Счётной палаты – целевое использование средств. Вот когда по регионам пройдёт волна компенсаций, а погорельцы по-прежнему останутся на улице, – тогда увидим. В этом контексте меня страшно интригует природный факт: почему – при примерном равенстве температур и идентичном населении – в лесостепной Воронежской области – масштабные пожары, а в лесной Ленинградской их нет вовсе?
РЖ: Проявили ли наши силовые структуры и местные власти способность к мобилизации?
М.К.: Пожары – даже такие масштабные – требуют, в первую очередь, не мобилизации, а жесточайшей профилактики и безопасности. Как любому жителю страны мне очевидно, что "мобилизации вместо безопасности" – большой бизнес, прямой и косвенный. А элементарный порядок – едва ли не главная наша трудность. И это не случайно: в стране, где главной правительственной новацией в области социальной инфраструктуры стало сокращение малокомплектных школ и убыточных бюджетных организаций, – пожары, безнаказанно гуляющие по стране – ПРЯМОЕ СЛЕДСТВИЕ игнорирования ценности необходимой социальной инфраструктуры государства в целом, а не только в пределах столиц и мегаполисов. Столицы замкнулись в своём муниципальном социализме, а беда пришла из страны, оставленной ими без инфраструктуры и элементарной защиты, для которой – не мобилизация, а профилактика бедствий – важнее. А для государства, как оказалось – ещё и дешевле.
РЖ: Оказалось ли общество способным к мобилизации? В 1890-е во время засухи возник спор, кто больше сделал для преодоления бедствий – государство или общество? Как Вы считаете в нашем случае, кто оказался больше организован - государство или общество? Местная власть или федеральная?
М.К.: Никакой мобилизации общества я не заметил. Рассказывают о примерах ответственности проезжих водителей, начинающих тушить степной пожар, но – это примеры индивидуального здравого смысла, а не общественной мобилизации. Противопоставлять же местную и федеральную власть в этом деле я не стал бы: ведь МЧС – чисто федеральное ведомство. С него и спрос.
Про засуху, неурожай и голод 1891-1892 годов надо сказать, что усилия общества не были больше усилий "проклятого царизма". Просто они легли на богатую почву общественного отвращения к власти и стали в центр общественной саморекламы. Сегодня же обществу даже рекламировать нечего.
РЖ: Как Вы полагаете, требуют ли силовые ведомства, ответственные за ситуацию с пожарами, реформ? Если да, какими они могут и должны быть?
М.К.: Империя МЧС давно просится в центр общественного и государственного внимания. Любой аудит станет началом больших открытий. Мне, например, очень забавно было узнать, что мёртвое и нищее Русское Географическое общество, получивши в общественные начальники главу МЧС, немедленно начало оснащаться и ремонтироваться. НА КАКИЕ ДЕНЬГИ? И где они сейчас, эти деньги, – не на пожарах ли?
РЖ: Добровольческие организации и те люди, которые идут в них, станут ли они новым политическим фактором?
М.К.: Нет. От добровольческих организацией далеко даже до экспертного диалога с властями, не говоря уже о политической роли.
Источник: РЖ
