Моногород одной Олимпиады
Опросы ФОМ, проводившиеся еще в течение лета-осени 2008 и весной 2009 года ясно показывали: эйфория от победы в борьбе за Олимпиаду-2014 года прошла. Большинство жителей поддерживали и, вероятно, поддерживают до сих пор идею проведения игр в их городе, однако позитивные изменения остаются пока лишь в плоскости надежд и располагаются в далеком и плохо обозримом будущем. И дело не в том, что туристов стало меньше, падают заработки, город парализован пробками, особенно во время форумов, саммитов или встреч в верхах. Есть коренная проблема, которая не взрывается, но тлеет, как торфяной пожар. Традиционные основы домашней экономики претерпевают кардинальную ломку, но представления о будущих ее формах, о том, какой она станет или должна стать, не сформированы. Люди не видят, не могут разглядеть и в сегодняшней ситуации, и в олимпийском будущем города перспектив для себя и своей семьи - для социальной динамики, для роста благосостояния, для будущего своих детей. Это в не меньшей степени, чем другие проблемы города, подтачивает уверенность в завтрашнем дне.
Те же опросы показывают, что олимпийское строительство - не тот сегмент рынка труда, который может абсорбировать трудовые ресурсы сочинцев. С одной стороны, работодатели не очень-то ориентированы на найм сочинцев. С другой стороны, часто и люди не готовы идти работать на стройку. Большинство участников опроса - 59% - не рассматривали олимпийские объекты как желаемое место работы, трудоустроенными на них оказались всего 3% сочинцев, а хотели бы воспользоваться такой возможностью 17%. Чаще это мужчины (24%), молодежь (25%) и сравнительно состоятельные люди (с месячным доходом более 8000 руб. - 27%).
Вместе с тем, уже сейчас очевидно, что появится новый рынок труда - обслуживание Олимпиады и работа в постолимпийском будущем. Можно, конечно, завезти персонал для Зимних игр. Но чтобы экономические мускулы региона заработали, нужно, чтобы сами жители оказались готовыми - умели, знали, хотели выйти на рынок новых вакансий. В решении вопроса, как будет развиваться Сочи после 2014 года, без участия самих сочинцев не обойтись. Тем более что через пять лет во взрослую жизнь вступит новое поколение - те, кому сейчас пятнадцать.
Готовность сочинцев стать наемными работниками часто ставится под сомнение. Распространено мнение, что им люба жизнь рантье. С этим нет смысла спорить. Однако исследования ФОМ-Сочи, посвященные практике строительства в частном секторе, показывают, что в Сочи существует развитая структура неформальной экономики, и жители тяготеют скорее к типу мелкого предпринимателя, нежели рантье. Их позиционирование на рынке труда - самозанятость, инвестирование пусть в небольшой, но свой курортный бизнес. Разумеется, можно сделать множество оговорок, что так не везде и не всегда. Однако если в таком утверждении есть доля истины, тогда структура ситуации и возможные решения оказываются существенно иными.
Во-первых, миф о сочинцах-рантье провоцирует конфликт идентичностей: приписывание местным жителям отторгаемых характеристик не просто встречает у них сопротивление, но и убеждает жителей в том, что власти – федеральные или краевые – не понимают особенностей черноморского уклада хозяйства и жизни.
Во-вторых, такой стереотип затрудняет выработку конструктивных альтернатив для решения адаптационной задачи для местных жителей к олимпийскому и постолимпийскому будущему. Например, людям можно было бы предложить быть своего рода соинвесторами олимпийского строительства и проведения самой Олимпиады. Можно было бы предложить им "длинный проект", в котором жители могли бы увидеть и пользу для себя, и перспективу для своего будущего, и предложение к социальному партнерству. Очевидно, что не все на это согласятся и не все к этому готовы. Понятно, что разработка такого проекта - дело хлопотное, начинать которое нужно с азов, (например, с создания социального паспорта проблемных территорий). Однако дело того стоит. Такой подход не только поможет организовать структуру новых возможностей для привлечения и развития инициатив, укорененных как в прошлом опыте людей, так и в их актуальном настоящем. Главное - так формируются механизмы самоуправления и ответственного гражданского участия.
Сегодня сочинцы живут в ситуации неопределенности. Меняются и образ жизни, и возможности поддерживать свой нынешний статус. И происходит это в условиях острого недостатка информации. Общих слов и рассказов о светлом будущем города много. В дефиците - сведения о судьбе конкретных улиц и домов, о намерениях властей, о механизмах разрешения противоречий и согласования интересов. Сочинцы будут вынуждены включиться в перемены - с неясной гарантией успеха и без каких-либо внятных алгоритмов действий. Люди этого не формулируют, но остро чувствуют приближение принципиально новой для них ситуации. И именно сейчас появляются особые требования к работе депутатов. Они должны, как ни банально это звучит, выполнять свою функцию медиатора между жителями города и теми, кто реализует олимпийский проект. Именно депутат как нельзя лучше подходит для того, чтобы собирать необходимую информацию и сообщать ее людям. И не просто сообщать, но обсуждать с ними возможную линию поведения в новых условиях. И не просто обсуждать, но и представлять интересы людей.
Нужно понимать, что уже сейчас радикально меняются основы семейной экономики. Люди будут переходить от статуса самодеятельного самозанятого предпринимателя (хозяина мини-гостиницы, человека, занимающегося мелкими промыслами, торговлей и т.п.) к статусу наемного работника. Какие выгоды и потери сулит им этот переход? Какие профессии и новые типы работников будут востребованы? И что нужно сделать, чтобы соответствовать этим пока еще никому не ясным требованиям? Где искать ответы? Неопределенность ситуации, ощущение безответности и безответственности порождают беспокойство и напряжение. Это значит, что власти не справляются со своими сегодняшними задачами. А именно:
1. Постоянно взаимодействовать и обмениваться информацией с общественными лидерами, волею случая возглавившими инициативы "снизу". Конечно, логично было бы ожидать, чтобы сам народные избранники стали лидерами, однако не всем это дано: лидер по должности не всегда является лидером в социальной реальности.
2. Постоянно добывать информацию из тех институтов и от тех людей, от которых зависят перемены в городе: от краевых и федеральных властей, от ответственных за Олимпиаду, от строителей, проектировщиков, предпринимателей и т. д.
3. Создавать механизмы согласования интересов между всеми заинтересованными лицами - как конфликтующими, так и решающими общую задачу - и поддерживать их работоспособность.
Сейчас многие сочинцы внимательно наблюдают за событиями в Имеретинской бухте, за тем, как медленно разрешается этот масштабный конфликт интересов. И дело не в том, сочувствуют жители бухтянам или нет. Для них это прецедент: развитие событий в Имеретинке покажет людям, какую стратегию выбирает власть для разрешения подобных конфликтов в будущем. Например, опросы ФОМ показывают: многие сочинцы не верят, что власти услышат людей, что рядовым гражданам удастся защитить свои интересы. Треть опрошенных (34%) полагает, что городские власти "могут, но не хотят" учитывать интересы жителей в процессе подготовки Олимпиады, и еще 19% уверенно отвечают: "и не хотят, и не могут". Таким образом, более половины жителей - 53% - даже теоретически не допускают возможности рассматривать городские власти в качестве союзника. Наиболее пессимистичными и жесткими в отношении городских властей оказываются "законопослушные" сочинцы, у которых все в порядке с документами и на землю, и на строение: более половины из их числа (53%) уверены, что власти могут, но не хотят защищать интересы простых горожан. Лишь 11% сочинцев уверены в городских властях, полагая, что те "хотят и могут" учесть интересы жителей. Еще 13% склонны оправдывать неспособность властей - "хотят, но не могут"… Примерно четверть (23%) опрошенных затруднилась с ответом.
Вряд ли конструктивно в такой ситуации ждать первого хода от встревоженных сочинцев, стоящих в пробках, ищущих работу или же выходящих на акции протеста. Депутаты городского законодательного собрания могли бы стать выразителями интересов избирателей, коммуникаторами между должностными лицами и горожанами, советчиками и защитниками. Но пока эти функции, судя по исследованиям, народные избранники по большей части не выполняют. О работе своих депутатов в городском собрании ничего не знают треть сочинцев (33%). Одобряют их деятельность 26%, не одобряют - 21%. Крайне мало оказалось тех, кто знает хоть что-нибудь о реальной работе своих депутатов. Оценивая список депутатов (с указанием их округа), 34% сказали, что никого не знают, и еще 20% затруднились ответить, знают ли они кого-либо. И никто из депутатов не набрал более 10% осведомленных об их персональном существовании. Понятно, что в такой ситуации спрашивать об оценке деятельности каждого - пустая трата времени и сил.
Социальное недовольство в городе (а оно де-факто существует) требует от власти всех уровней и ветвей мобилизации к участию в самых разных формах диалога. Тот факт, что горожане ничего не знают работе депутатов города, свидетельствует, по меньшей мере, о нежелании "народных избранников" брать на себя ответственность за решение городских проблем, за обещания жителям, за налаживание коммуникации с ними в ситуации модернизационных потрясений.
