Заметки скептика-идеалиста
Блог Сергея Митрофанова
Все лгут. Кажущееся не есть истинное. Как разобраться? Я думаю, надо исходить из следующих простых принципов: все подвергать сомнению, быть ироничным (прежде всего, к себе), но все-таки оставлять маленькую дверку для надежды. Я ценю свободу, права человека, верю во всеобщность человеческих ценностей и в то, что людям не нужны ни границы, ни войны. Если постараться, завтра будет лучше. Поговорим о том, как это сделать.
Февральская революция?
Сергей Митрофанов: Февральские митинги дали необходимые замеры того, где мы находимся. Накануне 4 февраля народ всю ночь скоморошничал, рисовал плакаты, выдумывал, что бы такого смешного сказать правителю. Он де и крыса, и Каддафи, и амфоры у него неправильные. Правитель ответил тупо, адмресурсом, согнав на Поклонную гору зависимых от него бюджетников с бесноватым Кургиняном во главе. Тоже получилось немало, декабрьский первомай семидесятых, и я думаю, что все свидетельствует о том, что мы все по-прежнему там же – в сословном обществе, преодолением пережитков которого занимались весь ХХ век.
Баннер напротив Кремля и все такое
Сергей Митрофанов: Огромный баннер напротив Кремля с надписью «Путин, уходи!» - авторство вернувшегося из загранпоездок Ильи Яшина – безусловный восторг оппозиции и геройство подпольной работы. Оно и действительно достойно всяческого уважения: надо было лезть в страшный холод, а предварительно каким-то образом получить ключи от чердака напротив Кремля… Баннер провисел целый час
Зорькин, сукин сын!
Сергей Митрофанов: Ай да Зорькин, ай да сукин сын! В пику Горбачеву, Зюганову и иже с ними против Конституционного совещания («катастрофически антиправовой подход, в котором якобы нелегитимные органы власти предлагается заменять при помощи очевидно еще менее легитимной неправовой процедуры»), но… за гражданские комитеты.
Оппозиция на выезде. Зарисовка
Сергей Митрофанов: Ряд дежавю: в 88-м – 89-м молодые демократы отправлялись на ближний Запад в поисках товарищей по оружию. Тогда это были Польша и Прибалтика. В Прибалтике поднимали голову Народные фронты, а в Польше готовилась взять власть «Солидарность». Отчетливо помню тот дискурс. Мы – то есть интеллигенция из советского Центра мира - пытались получить моральную, а то и материальную поддержку от более «продвинутых демократов». Те же нами интересовались исключительно с точки зрения, провалится ли этот Центр в результате в тартарары и можно ли его как-нибудь подтолкнуть.
День "М"
Сергей МИТРОФАНОВ: «Дайте народу хлеба и зрелищ». «Верните им политику!» «Но революции никто не хочет», - становится общим местом прикормленной осторожной интеллигенции. Тогда как революция их не спросила, она давно началась, а если по правде, то и не прекращалась целое столетие. Мудрый Сурков это знает и сочиняет «План Суркова», по которому милые его сердцу канделаки и собчачки, кудрины и прохоровы садятся глобальными переговорщиками между властью и вставшими стратами!
Путь к бесцензурному самопознанию
Сергей МИТРОФАНОВ: Путину придется избираться в режиме начинающегося диалога, который, конечно же, потом свернется, но не забудется. Рано или поздно мы допрем до той нехитрой идеи, что озвученные 15 декабря проблемы желательно держать под контролем непрерывно, а не раз в шесть лет. "Скажи-ка, дядя, ведь недаром…", - повиснет над мгновенно ставшим "стареющим дядей Вовой" как дамоклов меч. Постоянно нужно будет доказывать, что "недаром".
Как у нас воруют победу
Сергей Митрофанов: Победу имени 10 декабря у общества постараются украсть. Хоть процесс этот будет нелегким. Возможно, чреватым неожиданными осложнениями в будущем. Но мы говорим о сейчас. Сейчас - главное ее украсть.
Революция! Революция?
Сергей Митрофанов: Что делать? Я всегда советую одно и то же – сделать шаг назад, НЕ СТАНОВИТЬСЯ ОППОЗИЦИЕЙ ПОРАЖЕНИЯ. Найти своего ПОЛОЖИТЕЛЬНОГО субъекта демократической революции и понять его экономический интерес. Снова озаботиться массовостью партий и их внутренней демократией. Вернуться к базовым либеральным ценностям: свободе, равенству, братству. Создавать реально свои медиа и исследовательские центры.
Дело двух М
Сергей Митрофанов: 29 ноября 2011 Мосгорсуд сократил Макарову срок заключения в три раза (!), как будто заключение в тюрьме у нас сродни колбасе, которую можно отрезать по желанию, то полкило, а то грамм 100. Очевидно, расчет на стратегический эндшпиль. Неполная отсидка в обмен на отказ от сущностного оппонирования системе. Типа "следствие закончено, забудьте".
К двадцатилетию распада империи
Сергей Митрофанов: Распад произошел, потому что он не мог не произойти, но интегрироваться снова, как того хотелось бы имперским вождям – значит интегрировать и все проблемы, про которые можно сказать, что в связке скорость движения определяет самый медленный, а государственную мораль – самый подлый. Желать этого своей стране может только дурак или предатель.
Алексей Чадаев – критика воинствующего лоялиста
Сергей МИТРОФАНОВ: Бывший идеолог "Единой России", изгнанный оттуда за то, что шибко умный, он, похоже, упрекает режим в неспособности следовать собственному ужасному курсу. Режим – он же как тот Топтыгин (по чистой случайности, символ "Единой России"), который чижика съел, а должен был бы съесть намного больше - и модернизацию провести, и оппозицию загнобить, и суверенитет сгенерить. Во имя чего?
Михаил Леонтьев и неподъемное чувство правоты
Сергей МИТРОФАНОВ: Очень правильная идея – писать об акторах, перешагнувших рубеж «десятых». Потому что многие не перешли и остались в «нулевых». А то и того похуже – в «девяностых». И вроде бы рубеж тот сплошная условность – провел, где хочешь, в календаре Майя, наверняка, и нет такого рубежа, ан нет, незримая черта оставила одних «там», а другим выписала путевку в «здесь». Так вот Миша Леонтьев – явно «здесь». Сидит напротив румяный, пьет кофе с Jameson, хотя время – час, по-московски, в тусовке ночных «переговорщиков» - все еще завтрак.
Смерть учителя и восстание элит
Сергей Митрофанов: Настаивая на своих конституционных правах, быдло – так прямо и говорят! - хочет дорваться до наших частных фондов. Кстати, хотелось бы увидеть руководителей этих фондов, посмотреть на отчетность, ибо после ареста директора все материалы об оказания платных услуг с сайта школы загадочно пропали.
Почему правой власти не нужна правая партия
Сергей Митрофанов: Триумфально победившей правой власти вообще не нужна никакая конкуренция, артикуляция собственной повестки и вывод ее в сферу публичности, прозрачности, обнаженности, что непременно произойдет, если у нее появятся официальные правые рекламные агенты.
Русиш праймериз
Сергей Митрофанов: Партия власти предложила устраивать праймериз, что в какой-то степени можно трактовать как демократизацию сверху. Действительно, - если встать на точку зрения пропагандистов, - то (раньше) не было никого обсуждения (кроме подковерного) выдвигаемых депутатов, а то они стали проходить горнило общественной дискуссии. Да не просто стали проходить горнило общественной дискуссии, а вместе с беспартийными как бы народнофронтовцами, что есть уже, по сути, частичный демонтаж предыдущей "партийной политической системы", созданной в славные "стабильные нулевые".
Технология непыльных решений
Сергей МИТРОФАНОВ: Если бы Дмитрий Анатольевич Медведев не встретился с Валентиной Ивановной Матвиенко перед телекамерами и не сказал, что он желает ее видеть на месте спикера Совфеда, то, возможно, не нашлось бы ни вакантной "Красненькой речки", ни курсантов, которые в противном случае всегда могли ответить своим офицерам: "А на кой ляд нам куда-то ходить голосовать? А наши гражданские права? А наше законное воскресенье?" Но в результате же, как раньше – при Горбачеве, получилась интеграция "гласности" в командно-административную систему.
Толерантность довела
Сергей Митрофанов: Накануне бойни в Норвегии парламент Бельгии присоединился к Франции в своей нетерпимости к парандже, приняв закон, запрещающий ношение одежды, которая "скрывает лицо целиком или отчасти таким образом, что его нельзя идентифицировать". Вернее, закон вступил в силу в субботу, а бойня произошла накануне в пятницу, а до нас оба события дошли уже в несколько перепутанном виде.
Русское лето
Сергей Митрофанов: Об одном мероприятии хочется рассказать, к которому напрашивается приклеить мое любимое словечко "странный". Хотя, на самом деле, нет ничего странного в том, что Народный фронт открыл Народный клуб и пригласил туда разный всякий народ что-то народное обсудить.
Культура траура и "эффективные собственники"
Сергей Митрофанов: У нас чрезвычайно развита культура траура. Отчего, как и следовало ожидать, катастрофа «Булгарии» мгновенно нажала на тренированные (прошлыми катастрофами) регистры чувственности нашего общества. И повестка снова сломалась. Ибо что можно поставить рядом? Будущие выборы? Писать о «российской катастрофе» – много ума не нужно. Необходим навык в обращении с метафорами. «Волжский Титаник» – так хлестко окрестило НТВ трагедию.
Либо дух, либо сосули
Сергей Митрофанов: Питерцы склонны преувеличивать роль Матвиенко в развале Петербурга. Разваливается вообще Россия, а не только один Петербург.
