Тег «террор»

Вячеслав Данилов: Власть привыкла, как пульсар из далекой галактики, "испускать сигналы", ни мало не заботясь о том, как их "земляне" расшифруют. И уже забыла, похоже, получать "сигналы" в ответ. Столь же непонятные. Непрозрачное для себя и власти, не доверяющее никому, в том числе самому себе и той же власти, российское общество получило дополнительные основания не верить никому и ничему.

Ирина Дуденкова: Разделение между "верными" и "неверными" значительно тоньше и глубже, чем это представляется в статьях наших аналитиков, и тщетно требовать от религиозного сознания приспосабливаться и изменять себе. Возможно, именно критический разум может продемонстрировать здесь всю свою изобретательность и хваленую гибкость. Речь, конечно, не идет о новом статусе верующего разума как реванше религии, как это может показаться на первый взгляд, необходимо искать новый баланс между сферами частного и публичного, или же просто быть последовательными, выбирая между модернизацией и религиозным просвещением в конфликтных регионах.

Вячеслав ДАНИЛОВ: Однажды вас, ваших друзей, ваших родственников или знакомых, вашу любимую собаку, вашего любимого телеведущего, любимую женщину вашего сына, сына вашей любимой женщины, вашего гостя, вашего начальника, вашего врага, вашего стоматолога, юриста, водителя вашей семьи, охранника ваше семьи, вашего соседа, соседа по даче, соседа по камере, просто прохожего, вашего президента, вашего депутата - убьют. Просто так. Без предупреждения и объяснений. На улице, дома, в аэропорту, на дороге. Вам расскажут, что это – просто несчастный случай. ДэТэПэ. Пожар. Наводнение. Цапок. Теракт.

Взрывы на Баксанской ГЭС дают сигнал о том, что бандподполье будет стараться сделать все от них зависящее, чтобы сорвать модернизационные процессы на северном Кавказе.

Почему современные художники так любят полицию, а полиция так любит современных художников?

Яна Краевская: В любви и смерти равны все, - нищие и богатые, красавцы и уроды, юные безработные с окраины Нальчика и молодые метросексуалы из центра лондонского Найтсбриджа. Любовь и смерть - ключевые модусы равенства. Черный грим, черные садомазохистские ошейники-вериги, черные кожаные "прикиды", ботинки в стиле "милитари" имеют гораздо больше общего с черными хиджабами, чем кажется на первый взгляд.

Алек Д. ЭПШТЕЙН, Олег ВАСИЛЬЕВ: Сами власти не усматривают реальной связи между проявлениями того, что они характеризуют как "экстремизм", и того, что они же определяют как "терроризм". Речь идет о принципиально разных социальных явлениях.

Виталий ТРОФИМОВ-ТРОФИМОВ: Недавние события в Тулузе – расстрел еврейских школьников – на первый взгляд вряд ли можно назвать терроризмом. Однако первейшей мерой, предпринятой французскими властями – объявление "красного" кода террористической активности. В нашей стране это выглядит странновато. Ну, в самом деле, каждое убийство теперь считать терроризмом? Однако тулузская бойня свидетельствует скорее не о том, что расширяется понятие терроризма, а о том, что террористы изменяют старой террористической тактике, осваивают новые методы и повышают свою эффективность, делая традиционные методы антитеррора менее эффективными.