Забавным образом оппозиционная и, условно говоря, провластная идеология ныне объединились в мышлении "группами"
Забавным образом оппозиционная и, условно говоря, провластная идеология ныне объединились в мышлении "группами". Как известно, еще традиционная левая критика предполагала необходимость поиска того исключенного социального элемента (пролетарии, сумасшедшие, геи, черные, бомжи и т.п.), который может представить все общество в целом, то есть в его актуальной не-истине, совершив радикальный переворот. Ныне однако ищется не столько группа исключенная, сколько не до конца включенная. Она должна либо опрокинуть режим, либо его усилить/модернизировать. На месте этой группы с поразительной быстротой сменяют друг друга "мелкий бизнес", "креативный класс", "ответственный класс", "интеллигенция", "хипстеры", "нулевое поколение" и т.п. "Минус" (способность разрушить систему) легко меняется на "плюс" (как в случае с "креативным классом"). Иными словами, искомая группа людей X (иногда они в черном) должна быть, с одной стороны, уже определена актуальными связями и социальными отношениями (так чтобы ее вообще можно было вычислить и именовать), а с другой - иметь некий непрозрачный запас потенциальности, ядро, скрытое, возможно, от самой себя. То есть, все социальные агенты выглядят плоскими (особенно плоскими и со всех сторон считаются чиновники), однозначно определенными, но нужно найти такого, кто определен не до конца, кто обладает агальмой, и на нее-то и надо сделать ставку.
Проблемы подобной политической групповщины не только и не столько в явной диалектичности, которая никогда не работает. Гораздо большей проблемой является то, что и в плюсовом, и в минусовом варианте группа, как предполагается, играет внутри рамки, которая, собственно, и определяет ее место. Даже в случае с революционным вариантом такая группа остается, якобы, неким статичным исчезающим медиатором, который легко устранится в пользу чего-то Иного и Большего. То же самое и в позитивном варианте - группа как будто должна знать то "целое", которое она сохраняет/изменяет (то есть "снимает"), при том, что целостность этого целого как будто бы по ходу дела не меняется вместе с действием самой "группы".
Практический вывод довольно прост - если бы политические трансформации можно было представить в качестве тотализатора, в котором некие группы оказываются всего лишь тем, что на что делаются ставки, все было бы очень просто. К сожалению, такая схема не учитывает, во-первых, того, что сам игрок, делающий ставку (назовем его "Общество"), не обладает никакой идентичностью, а, во-вторых, если у некоего изменения и появляется "субъект-группа", как правило, она неизвестна до момента, когда уже слишком поздно. То есть, в отличие от тотализатора, политические агенты не всегда четко распределены по "родам", так что победить может и тот конь в пальто, который не был заявлен официально.
Источник: блог Дмитрия Кралечкина
