Вуду-экономика. Второе издание
Демократические и республиканские лидеры в Вашингтоне неожиданно стали прилагать все усилия для того, чтобы договориться о необходимости крупных снижений налогов ‑ затрагивающих не только средний класс американцев, но и очень богатых людей (как живых, так и умерших). Значит ли эта неожиданная долгожданная вспышка двухпартийного консенсуса, что новая, более сильная Америка уже не за горами?
К сожалению, все наоборот. То, что мы видим, является соглашением на очень узком пути к очень опасному подходу к государственным финансам: продолжение и расширение того, что президент Джордж Буш старший незабываемо назвал «экономикой вуду». Ее последствия сейчас готовы обрушиться на Америку и мир.
Буш конкурировал с Рональдом Рейганом на выдвижение от республиканской партии в 1980 году. Рейган предположил, что снижение налогов себя окупит, т.е. фактически повысит доходы – явление, которое стало известно как «аспект предложения» экономики. Нет ничего плохого в том, чтобы беспокоиться о сдерживающем эффекте более высоких налогов, но крайний вариант, выдвинутый Рейганом, действительно не применим к Соединенным Штатам. Когда вы снижаете налоги, вы получаете более низкий доход, а это значит увеличение дефицита бюджета.
Следует отметить, что сегодня нет серьезных призывов к принятию мер Рейгана в полной мере ‑ отчасти потому, что Бюджетное управление конгресса США честно показало в деталях, что подобное снижение налогов увеличит дефицит почти до 900 миллиардов долларов США. Однако в данном случае есть более глубокие рассуждения в стиле Рейгана: уровень безработицы высок, экономика не растет достаточно быстро, и мы «нуждаемся в финансовом стимулировании». Для тех, кто обычно поддерживает снижение налогов, это также, конечно, беспочвенные мечтания.
Опыт налогово-бюджетной политики за последние несколько десятилетий понятен. Стимулировать экономику дискреционной фискальной политикой стоит только лишь изредка – особенно, когда в противном случае, последствия будут катастрофическими. Таким образом, подобные финансовые стимулы имело смысл применять в начале 2009 года.
В более общем плане, в данной ситуации финансовые стимулы вряд ли будут иметь более длительный эффект. Возможно, на спрос будет оказано некоторое временное положительное влияние, или более высокие процентные ставки компенсируют весь финансовый толчок ‑ ставки на эталонные 10-летние облигации казначейства сегодня значительно выше по сравнению с прошлым месяцем (с 3,21% до 4,16%), когда началось горячее обсуждение снижения налогов.
Рынок нервничает ‑ в основном по поводу перспектив крупного бюджетного дефицита в обозримом будущем. Некоторые комментаторы считают это иррациональным, но опять же, это беспочвенные мечтания. Новаторская работа, проделанная в течение многих лет Кармен Рейнхарт, моей коллеги из «Института Петерсона» в Вашингтоне, показывает это очень четко ‑ ни одна страна, включая США, не может избежать пагубных последствий устойчивого дефицита бюджета. (В действительности, ее совместная книга с Кеннетом Рогоффом «На этот раз все по-другому» должна стать настольной книгой для американских политиков.)
В такой обстановке дальнейшее финансовое стимулирование может оказаться контрпродуктивным, когда дополнительные расходы будут уравновешиваться негативным влиянием на рынок жилья более высоких процентных ставок. ФРС обещала удерживать на низком уровне долгосрочные ставки, но ее вклад в этом направлении сегодня выглядит неэффективным.
Но реальная опасность заключается в другом. Большинство американских политиков предпочитают думать и говорить только о США. Но более долгосрочные процентные ставки в США очень сильно влияют на то, что происходит в остальном мире ‑ и как частные инвесторы рассматривают государственный долг США по отношению к суверенным долгам других стран.
Проблемы еврозоны, безусловно, помогают США продавать больше долгов по более низким ценам ‑ на сегодняшний день. Но высоки шансы, что еврозона разберется со своими трудностями через год или около того (скорее всего, после еще одного-двух раундов кризиса), отчасти за счет рационального использования жесткой экономии бюджетных средств. Ситуация сильно изменится, если ядро под руководством Германии станет более сильным и политически интегрированным, чем раньше ‑ в еврозоне, в которой другой состав, структура и совсем другие правила. Это, предположительно, более финансово единое политическое образование должно быть весьма привлекательным для инвесторов.
Какой экономика США будет через год? Любой краткосрочный эффект «финансовых стимулов» перестанет действовать, безработица все еще будет высокой и, несомненно, будут политики, требующие снижения налогов. Дефицит бюджета, вероятно, будет в пределах 8-10% ВВП, даже если рост в некоторой степени восстановится. И рынок облигаций будет гораздо более нервным, что означает более высокие процентные платежи, которые будут дальше увеличивать дефицит. Мы также можем столкнуться с потенциальным снижением рейтинга по долгам правительства США – что подразумевает еще более высокие процентные ставки.
Некоторые ожидали, что Пол Райан, восходящая звезда республиканской партии, который станет председателем комитета палаты по бюджету в следующем конгрессе, обеспечит финансово ответственный якорь на следующий раунд дискуссий по дефициту в США. Ранее в Financial Times в начале ноября Райан предположил: «Америка готова к взрослому разговору относительно угроз долга». Но все признаки указывают на то, что он также по-детски безрассуден в фискальной политике, как большинство его коллег-республиканцев со времен Рональда Рейгана.
К сожалению, пока также нет никаких признаков того, что демократическое руководство готово к зрелому разговору по фискальной консолидации. Лидеры обеих сторон сделают это ‑ но только когда их силком заставят финансовые рынки.
Источник:http://www.project-syndicate.org/commentary/johnson15/Russian
