Политические эксперты

В своей новой программной статье "Нам нужна новая экономика", а также на выступлении в рамках инвестиционного форума "Россия-2012" Владимир Путин обозначил вектор работы государственного аппарата на ближайшие шесть лет в рамках проверенной временем и мировыми экономическими катаклизмами экономической философии. Точное определении этой философии Путин дает в своей статье: лица, принимающие решения на государственном уровне, не имеют прав и полномочий, чтобы "рисковать будущим России ради чистоты экономической теории". Другими словами, в сфере экономической политики государство должно руководствоваться не только теориями, но и национальными интересами и здравым смыслом.

Давид Сафоркада - истинный тулузец. Точнее, родом он из древнего графства Коммэнж. Фамилия Сафоркада - каталонская, достаточно редкая. Родился он 7 января 1972 года, в коммуне Вильнев де Ривер. Здесь, в 5 километрах от городка Сент-Гаден в департаменте Верхняя Гаронна в округе Миди-Пиреннэ совсем близко от границы Испании обитает чуть больше полутора тысяч жителей.

Ринат МУХАМЕТОВ: ВТурции существует огромная северокавказская диаспора. Но тамошнее сильное и более здоровое, чем в России, общество с крепкими традициями и нормами поглощает кавказскую энергию, направляя ее в общее созидательное русло. Кавказцы там живут, особо не выделяясь на общем фоне.

Вячеслав ДАНИЛОВ: Отделить экономику от политики, как того жаждут некоторые экономические эксперты и чиновники, не получится! Шаг, который предлагает сделать Путин – перейти от экономической технократии к политическому консенсусу по экономическим проблемам. Ведь открытое в сторону рынка и конкурентных моделей управление активами государства неизбежно включает общественный элемент в принятие решений. Рынок – это не абстрактная и нейтральная среда, где правят бал спрос и предложение.

Доминик МОИЗИ: Россия – не Египет. А Москва ничем не напоминает предреволюционный Каир годичной давности. В действительности российские власти имеют в своем распоряжении ресурсы, которых не было у режима бывшего президента Египта Хосни Мубарака.

Алексей ЧАДАЕВ: Основная проблема путинского текста в том, что тема-то социологически острая, а сказать при этом по ней из позиции "власти предержащей" совершенно нечего. Пространство манёвра ограничено парадигмой "многонациональной России", унаследованной от СССР практически в неизменном виде. Причём СССР позднего: как рискованно заметил один блогер, "при Сталине русского национализма не было, а чеченцев с ингушами могли в один день взять и отправить в Казахстан". Не потому, что был "национализм", а потому, что была нацполитика — сколь бесчеловечная, столь, по крайней мере, и определённая.

Евгений НЕЛЕПКО: Выход найдется, когда славянофилы поедут стажироваться за рубеж, а западники построят ферму в челябинской области. Процесс взаимного проникновения и диалога, обмена опытом и знаниями вырулит на верную тропу.

Дмитрий КОГАН: Даже документально подкрепленные рассказы о том, что тот или иной российский политический персонаж окормляется за американский счет, практически перестали вызывать какую-либо реакцию. Понятно, что значительная часть незначительной, зато очень "прогрессивной" общественности, скинь Америка бомбу на тот же Кремль, только обрадуется: и чепчик в воздух подкинет, и "ура" прокричит. Речь не о них, речь об остальных. А вот остальным уже давно скармливаются мифы об "умеренной благожелательности" США по отношению к России.

Джулиан ЛЕ ГРАНД: В апреле 2006 года британский министр здравоохранения Патрисия Хьюитт была вынуждена прервать свою речь на ежегодной конференции Королевского колледжа сестринского дела, поскольку присутствующие в аудитории подняли шум и освистали ее. Речь закончилась перебранкой с председателем, которому пришлось прекратить заседание. На следующий день это происшествие было описано как худший день правительства, в котором состояла госпожа Хьюитт.