Лидером инновационного спроса может и должно оставаться государство

Предложения, высказанные в интервью Владислава Суркова не новы. Они уже звучали в послании президента Медведева, и хорошо, что сказанное президентом реализуется.

Мировой опыт говорит о том, что идея создания таких точек в которых уплотненно коммуницируют образование, наука, бизнес, в которых сформирована какая-то новая социальная среда, действительно может служить делу инновационного развития, а точнее делу создания инновационной среды – как экономической, так и социокультурной и так же институциональной. То есть, в принципе, это должно работать, но здесь есть множество шансов на то, что это не сработает так, как хотелось бы. И об этих угрозах говорит, собственно сам Сурков, когда говорит о том, что главное избежать того, чтобы ограничивать все выделением земель, постройкой недвижимости и последующим освоением этих новообразованных активов. Поэтому мне представляется важным, чтобы основной центр тяжести при реализации проекта был сделан на выстраивание не территориальной инфраструктуры, а социальной инфраструктуры, которая должна стать матрицей искомой инновационной среды. Я имею ввиду систему коммуникации между вузовским образованием, академической наукой, фундаментальными исследованиями и практической, прикладной наукой, далее - крупным бизнесом как субъектом спроса на инновации и как правило малым бизнесом, который является агентом венчурных проектов, и каких-то прорывных исследований, которые потом уже могут браться на вооружение и быть таким субподрядчиком в этом инновационном процессе у крупного бизнеса. Вот это вот социальная среда. И конечно социальная среда и в более широком смысле, а именно та самая пресловутая конкуренция, о которой упоминалось в интервью.

Я опять же согласен с тем, что конкуренция конкуренции рознь, в смысле, что не всякая соревновательность ведет к повышению качества экономических характеристик. Соревнования возможны и за доступ к ренте, но если говорить о конкуренции в классическом смысле, а именно об экономической рыночной конкуренции, то конечно она является той предпосылкой, которая создает у бизнеса спрос на инновации. Потому что понятно, что инновации для бизнеса - это возможность временного извлечения того, что называется инновационной рентой, создания временной монополии на рынке. Но создавать временную монополию на рынке имеет смысл только тогда, когда нет возможности создавать монополии более простым путем – путем коррупции, картельного сговора и т.д. Поэтому это важно. Но другое, что важно, и тоже что в интервью есть в смысле предпосылок заинтересованности бизнеса в инновациях, - это изменение самосознания крупного бизнеса, а именно приобретение им здоровых амбиций. Приобретение им долгосрочной перспективы развития собственных компаний. Т.е. уход от этого короткого горизонта извлечения выгод и перехода к амбициозной стратегии роста корпоративных структур, которые работают на десятилетия вперед. И в этом случае действительно возникает заинтересованность в диверсификации технологического пакета, которым эти кампании могут обладать. И эта задача она уже не решается правовыми или экономическими средствами. Она требует какого-то нового качества консолидации элиты и мне кажется что видимо эта задача, которую, по крайней мере, часть политического руководства страны как-то чувствует, она, наверное, самая важная и сложная.

Инновационный спрос бизнеса будет реальным тогда, когда бизнес будет вынужден существовать в конкурентной среде. В этом смысле, предпосылкой инновационного спроса бизнеса является демонополизация. Но факт, как мне представляется, состоит в том, что лидером инновационного спроса может и должно оставаться государство. Никуда от этого не деться, тем более что в целом ряде случаев речь может идти об инновациях, которые найдут коммерческое интересное применение через слишком длительное время, чтобы этим занимался бизнес. И здесь я бы не стал недооценивать роль оборонного заказа и исследований по линии ВПК. Очень важно, что бы эта линия не выпадала из процесса управления модернизацией. Очень важно, чтобы это не стало ведомственным коконом, в котором сидят все ведомственные нынешние руководители минобороны и гособоронзаказа, который, по сути, отделен от вектора прорыва. Потому что здесь и потенциал есть и есть потребность в обеспечении безопасности с прицелом на завтрашний день за счет каких-то элементов военно-технического превосходства и есть локомотивный эффект для других отраслей. Поэтому не стоит отдавать это на откуп костной бюрократии, которая просто эксплуатирует существующие возможности.

Некоторые идеи, изложенные Сурковым, имеют параллели с нашим докладом, опубликованным в октябре 09 года " Модернизация России как построение нового государства". Таких параллелей кК минимум две: первая – это идея формирования своего рода модернизационных штабов под конкретные проекты. В данном случае мы имеем и видим именно это. И второе: это идея собственно консолидации государственной и деловой элиты на базе приоритета не чисто текущих коммерческих интересов соответствующих физических лиц, а на базе каких-то долгосрочных общих и возможно даже общенациональных целей. И это уже опять та же самая тема об уровне амбициозности элит, которая была в интервью Сурковым затронута.