Тема: Осень много активизма
Несмотря на то, что Владимир Путин пойдет на третий срок, а трасса – через Химкинский лес, гражданские активисты, хипстеры, креативный класс, медведевский авангард и большинство перемен уверены, что борьба продолжается. "Мы вовсе не собираемся складывать лапки и покупать вазелин!" - под бурные аплодисменты заявила Евгения Чирикова со сцены актового зала во второй день форума "Последняя осень".
Название нынешнего антиселигера, очевидно, было придумано еще до события 24-го сентября, еще в той ситуации, когда все четыре года пугали друг дружку Путиным, но очень глубоко внутри надеялись, что когда-нибудь "слабак и мямля" Медведев по-настоящему придет к власти. Марина Литвинович до сих пор уверена: второй срок Дмитрия Анатольевича накрылся медным тазом именно из-за того, что президент не получил от нас должной поддержки в своих реформистских начинаниях. В той ситуации, когда никакого внутри не осталось, название "Последняя осень" смотрелось странно. Вроде каждый год осень.
У меня не было возможности испить эту чашу до дна, так что мои впечатления от статусной оппозиционной тусовки несколько фрагментарны. Я приехал утром в субботу на электричке. Я сутки не спал и располосовал себе бритвой лицо. Вокруг были слякоть, туман и шлейфики. В глазах двоилось, поверхности наезжали друг на друга. И когда я переступил порог советского пансионата под Зеленоградом (почему-то они так любят обсуждать политактуалии именно в этих интерьерах, Петя Верзилов здесь видит некий ход, жест, мотив, визуальную тему), весь этот морок стал просто физически осязаемым. Пожилая женщина просит помочь донести сумки и сходу начинает втирать про РосПил и РосЯму – я думал, она бытовая сумасшедшая, но куда там!
Бериллий, Янкаускас Константин, Саша Артемьев, Паша Никулин, Настя Рыбаченко, Вера Кичанова, Екатерина Винокурова, Маргарита Журавлева, Сева Чернозуб – десятки юношей и девушек, чья социализация прошла в среде несистемной политической оппозиции, для которых эта шарманка стала образом жизни и способом представления. Временами проносится то там, то здесь Верзилов, открывший в себе талант культурного администратора (московская ветвь Войны последние два года формирует культурную программу для оппозиции и оказывает ей услуги организационного толка). Его жена Надежда "Толокно" Толоконникова сидит в углу и безразлично смотрит на мельтешение людей. Люди, такое чувство, вообще не особо заинтересованы друг в друге. Некоторые уходят в пустой актовый зал – слушают тишину.
А под лампами дневного света в фойе второго этажа развешаны "черные списки" и фотографии врагов народа, какие-то аляповатые тексты за авторством, видимо, патентованных облученцев. В общем, вам здесь не рады. Все слушают мальчика, который бойко рассказывает, как здорово они с коллегами по СПбГУ обстебали эту тупую шпионку-проститутку Анну Чапман. "Мы спросили ее, а кто написал "Молодую гвардию"?» - и она не ответила", - слушатели хохочут – "И потом она еще говорила о том, что демократию придумали враги России, а для того чтобы стать лидером в современном мире, надо в первую очередь придумать мощную идеологию, которая всех объединит". Зал рукоплескал молодому петербуржцу, и, казалось, каждый внутри себя говорил "и я, и я тоже ебал Анну Чапман, мы все ебали эту тупую шпионку-проститутку! Ебали ее как Катю Муму!" И даже, я думаю, геи и феминистские активисты все как один ебали этих путинских сучек. В рот и в жопу.
Мне вдруг представилась картина: студенты с плакатами укоряют привлекательную девушку в том, что она снялась в эротической фотосессии для мужского журнала. Вспомнил о субкультуре задротов. Ну да, в некоторых своих интенциях политзадрот не менее порнографичен, чем обнаженная разведчица на страницах MAXIM.
Дальше было выступление Веры Акуловой. Изначально предполагалась дискуссия на тему "Что хотят захватить феминистки в России?" - и это составляло предмет моего живого интереса. Однако риторика Веры Акуловой, стилистически, по крайней мере, носила вовсе не эмансипационный, а скорее охранительский характер в духе "защиты материнства и детства". Фигура женщины здесь очевидным образом отсылала к чему-то мягкому, нежному беззащитному. На место "женщин" легко можно было поставить детишек, зверушек или пенсионеров, которых общество обязано защитить от посягательств хищников капитала. Чего стоит хотя бы тезис о том, что в России не хватает приютов для женщин, повергающихся насилию в семье. Или ссылка на то, что женщина утратила право на собственные части тела, как части тела, требующие ухода, а не объекты сексуального вожделения (имелся в виду курьез с резиновой грудью в ходе телешоу Елены Малышевой). Мне сразу пришел на ум антипедофильский оборот "половая неприкосновенность".
В сексистском обществе крайне сложно показать, что феминизм вообще имеет право на существование, так как фактическое неравенство включено здесь в саму структуру видения вещей (женского видения в том числе). Для того чтобы сексист увидел проблему, следует говорить не о том, что мужчины получают на 30% больше женщин (знать, лучше работают), и не о том, что женщины подвергаются насилию (мало ли мудаков на земле), а о каких-то диких представлениях, настолько укорененных в языке и культурных практиках, что их просто не принято замечать. Вот что, к примеру, означает слово "блядь"? В сущности, не так уж сложно показать, что какой-нибудь простой русский парень в своих представлениях о мужчинах и женщинах не особенно далек от этих ужасных обитателей Африки, практикующих "женское обрезание". Нужен только правильный набор примеров.
Тему феминизма продолжили активистки московской Войны Толокно и Кэт, которые показывали работы Тициана, Вермеера, Сассоферрато, Дюшана, Арбус, Моримуры, Экспорт, Мамышева-Монро, Ковылиной, Рослер, ОРЛАН, протоиерея Всеволода Чаплина и многих других известных художников. Их лекция называлась "Убей сексиста, смой его кровь!"
Потом я наблюдал нечто совсем уж невообразимое. Люди в фойе разделились на две группы: "власть" и "оппозиция", и натурально стали играть в ролевую игру. В качестве массовиков-затейников выступали Ольга Курносова и некий мужчина в костюме – Марк Фейгин. Причем в центре всего этого стояла писательница Алина Витухновская, порицала жалкую оппозицию и излучала черную романтику. Отдельного упоминания заслуживает тот эпизод, когда речь зашла о "революции 1968 года" и Фейгин по этому поводу долго рассказывал про Кожева (хотя всего-то хотел привести расхожий анекдот про "без крови революции не бывает"). Казалось бы, где Кожев, а где Антиселигер?
Потом "дискуссия молодых журналистов" - ну, это я пару лет назад уже видел на "Левом форуме". Вот, скажем, молодой человек Павел Никулин нашел себя за это время именно в качестве журналиста (а сколько можно сидеть на двух стульях?) и жестко критиковал оппозиционеров за то, что они устраивают акции исключительно для решения внутренних проблем и пиара, прекрасно зная, что дружественной прессе все равно некуда деваться – приползут.
Потом – милый и артистичный Павел Шеремет. Но мне было очень тяжело, я вышел на улицу, ходил под серыми облаками, на меня летела морось, а навстречу двигался Немцов с тележкой. Немцов и Каспаров никого здесь не интересовали. Динозавры несистемной оппозиции ходили совершенно неприкаянные, абсолютно не нужные никому. Особое впечатление в этом смысле производил Каспаров – надо же было приехать на форум гражданских активистов с двумя охранниками-дуболомами. И это на фоне Алексея Навального, который стоит вместе со всеми в очереди за чаем и пирожком.
А вот и он, кстати, в окружении немногочисленной свиты шагает по аллее. Я спешу в актовый зал (достаточно просторный), все места уже заняты – сажусь в проходе. Все забито, люди висят гроздьями. На сцене – новые лица оппозиции. Удивительно колоритный тандем. Ведь надо заметить, что Чирикова и Навальный прежде всего именно что обаятельны. Один – в своей деловитости, простоте, в европейской открытости и лаконичности, в удивительном умении держаться и находить нужные слова, вторая в этом своем "прелесть какая дурочка", но при том настоящая христианка и русская националистка в хорошем смысле этого слова: "Фашизм? Вы серьезно, в России есть такие люди? Нет, не верю! Ведь наша страна получила такую прививку…".
И вот Чирикова подтверждает, что будет стоять до последнего, а Навальный цитирует сайт "Луркмор": "Те, кто требуют от оппозиции конструктива и позитива напоминают интернет-троллей со своим "вот это енот. А чего добился ты?" Не ведитесь на эти разводки! Не нужна никакая позитивная программа! Критика всегда уже конструктивна". Вышли чуваки из РосПила и из РосЯмы и отчитались за каждый рубль. И захотелось дать Навальному 500 рублей и чтобы он стал следующим президентом (ну, пусть бы даже через 12 лет). Многие плакали. А в конце кто-то передал Алексею карты для игры в мафию, на которых были и Сурков, Якеменко и Владимир Путин. Немедленно посмотрели на проекторе под музыку! Когда же оказалось, что художник готов раздать 50 экземпляров бесплатно, в зале чуть было не приключилась Ходынка. Халява же! Такие буржуазные ценности.
Мне не хотелось смазывать впечатление от презентации Навального, так что я не стал углубляться в очередную дискуссию "Саши" Морозова и Марины Литвинович о "широком общественном профиле", а просто пошел домой, чтобы завтра с новыми силами штурмовать норму на концерте "Ансамбля Христа Спасителя". Впрочем, успел лишь к выступлению "антипуделя" Глеба Самойлова. Ну, встретил на шестом этаже Алексея Глухова с Ксенией Гитлер, они мне подарили свой альбом "Тверской пиздец".
"Антиселигер" - это, в общем-то, было неплохо.
Антон КОТЕНЕВ
В оформлении использовано Виноградов, Дубосарский "Последняя осень", 1998
