Краткий отчет о сорстоявшемся 1 июня Книжном клубе Liberty про госдетство - жаль, что меня не было. Оказывается, мне было что сказать по обсуждаемой теме, о чем я совсем как-то забыл в последние полгода, пока не читал курс City studies в МГУ.
К примеру - о формировании рынка детей. Если уж народ на полном серьезе говорит о внедрении чипов в мозг ребенка и называет все это форсайтом, то вот почему бы не порассуждать о системе производства и дистрибуции детей через ретейловые сети? Приходишь в "Ашан" - а там тебе турецкие дети со скидкой.
В чем проблема сегодняшнего состояния института детства? В том, что ребенок окутан тотальной системой перепоручения ответственности - внутри семьи, между семьей и институтами воспитания и просвещения, медицинскими и досуговыми и прочими, прочими, прочими институтами.
Ребенок - это услуга.
Он функционирует как спусковой механизм для реализации услуговых отношений - от услуги по рождению ребенка (суррогатная мать), до его похорон в специальных детских гробах от фирмы "Безенчук и партнеры". Ребенок может родиться, вырасти, родить еще кого-то и умереть одномоментно. То есть, ребенок в каждый момент своей жизни благодаря системе услуг проживает ее всю и полностью. При этом сама система услуг не строится циклически - ребенок-как-услуга может сначала умереть, и даже сделать это дважды, даже до своего рождения. Детство оказывается услуговым приложением к ребенку. И вопрос Кирилла Мартынова о том, частное ли это дело - детство - оборачивается только конкуренцией частного и государственного на рынке оказания услуг по детству. В системе ребенка-услуги дефицитность ребенка вписана в саму систему услуг - ребенок становится тем дороже как объект услуги и сама услуга, чем в большей степени демпингующих игроков присутствует в детстве.
Как спасти ребенка? И прежде всего - как спасти ребенка от детства?
Полагаю, необходимо безотлагательно перейти от системы ребенка-как-услуги к системе ребенок-как-товар. Товарная форма детства позволяет зациклить товар на форму его потребления - ребенка на детство. Детство как способ существования ребенка - это не способ производства, но способ потребления особого рода состояний. К примеру, можно было бы продавать в магазине детей вполне взрослые особи хомо сапиенс. Ну, мало ли - зачем? Товар такой поставили.
Вот покупаешь ты ребенка - и делаешь с ним что хочешь! Хочешь - ешь его, а хочешь – занимайся с ним сексом! Хочешь, подари его, а хочешь - продай. Это - товар, и кому какое дело, что ты делаешь со своим ребенком? Ты заплатил - и имеешь право. И никакие там общества по защите детей никуда не идут, кроме как очень далеко и надолго.
Кстати, товарная форма ребенка – это, наверное, единственный способ преодолеть демографические проблемы.
Во-первых, ребенок никогда не растет, оставаясь товаром - он только портится как ребенок. А значит сама логика "взросления", на которой основана демографическая статистика, идет к черту.
Во-вторых, ребенок как товар при развитом капитализме - это то, что может быть как перепроизведено (и, соответственно утилизировано, к примеру при помощи газовых камер) - или является продуктом дефицитного спроса, как айфоны какие-нибудь. Вот, к примеру, Тайланд наладит выпуск детей, которые всегда молчат - невероятная новика! Все покупаем молчащих детей! Ну, или специальные дети какие-нибудь, со встроенными мигалками как в Кин-Дза-Дза. Перед ними все будут уступать дорогу, на зависть члену арт-группы Война Лене.
