События, потрясшие зимой 2010—2011 г. целый ряд казавшихся стабильными стран — яркое доказательство того, как обретший политическое самосознание и поверивший в свою силу средний класс не нашел общего языка с властью и почти мгновенно опрокинул ее.
Новый, сформировавшийся уже после кризиса 2008 г. мировой контекст — это слабение прежнего лидера (сохраняющего, тем не менее, значительное влияние и на мировые процессы, и на нас в том числе), а также новые вызовы глобального мира. Нам необходимо менять восприятие себя и своих взаимоотношений с внешним окружением. Если раньше мы отстраивались от «чужой» сверхдержавы, то теперь — от угроз, связанных с хаотизацией и глобальной нестабильностью. Это очень разные стратегии — ожидать атаки сильного и организованного врага или ожидать нашествия варварских орд. Воевать против «чужого порядка» — или против хаоса, который в некотором смысле ничей, но зато является угрозой для всех.
Особенностью новых протестных групп является то, что они состоят из людей, уже осознающих себя живущими в глобальном мире. Им свойственно сравнивать положение дел в нашей стране с теми странами, где они либо бывают сами, либо знают о них через посредство глобальных медиа. Им чужда идея любой российской «особости», если такая «особость» оказывается на поверку нашим недостатком, а не преимуществом. А значит, в диалоге с ними бессмысленными выглядят любые ссылки на «российскую специфику» при описании той или иной проблемы, равно как и попытки камуфлировать отсталость патриотизмом. Право на «нестандартные решения» появляется только в тот момент, если удается доказать, что эти нестандартные решения действительно превосходят по качественным характеристикам известные всем мировые аналоги.
Собственно, это и есть первый и наиболее очевидный результат «перезагрузки». Класс global russians расширился до объемов перевозок турагентств, а граждане-туристы склонны оценивать внешний мир по стандартам экскурсионных буклетов. Внешний мир для среднего класса оказывается вполне user-friendly, весьма контрастируя с отечественной реальностью. Либеральная идея когда-то приехала в Россию вместе с офицерским обозом, возвращавшимся из Парижа. Идеи революции среднего класса провозятся через российские таможни в баулах туристов.
Результаты последних дискуссий видных членов «Единой России» с лидерами «новых сердитых» оказались неутешительными. (это про дебаты Федоров-Навальный — А.Ч.)Оказалось, что аббревиатурами НАТО, США, ЦРУ средний класс не напугаешь. Дебатер, напоминающий людям о том, что Россия находится в зоне чужих геостратегических интересов, рискует проиграть с сухим счетом.
Но из этого не стоит делать выводов о том, что для «новых сердитых» не существует никакой внешней политики. Это не так. Просто для среднего класса в России язык международной конфронтации сменился языком международной конкуренции. Троянский конь идеологии всеобщей конкуренции проник в сознание «новых сердитых» в форме иного языка. Но «новые сердитые» отнюдь не невротики – в неконкурентоспособности страны они готовы винить кого угодно, кроме себя. И главные причины того, что «за державу обидно» – неэффективное госуправление, коррупция и, в конечном счете, «труба». Объяснить «новому сердитому», что он ездил за границу за счет той же самой «трубы», попросту невозможно.
«Перезагрузка», которая мыслилась ее инициаторами с нашей стороны как чисто внешнеполитический акт, имела мощнейшие внутриполитические последствия. Новая «дружба с Америкой» аукнулась политикой весьма специфической открытости, когда мы становимся прозрачными для применения различных стандартов – от стандарта демократии до норм good governance и антикоррупционных инициатив государств, которые находятся от России за тысячи километров.
А это значит, что не существует никакого разрыва между политикой внешней и политикой внутренней. При том, что самих «внутренних дел» становится все меньше, а любой вроде бы рутинный разгон марша несогласных становится поводом для начала разговора о разнообразных санкциях в отношении страны. Нетрудно заметить, как «новые сердитые» приветствуют такие разговоры. Для них не существует никакого внешнего врага, враг – внутри.
Потому, разговор с «новыми сердитыми» требует не меньшего искусства дипломатии, чем внешняя политика.
Источник: http://www.chadayev.ru/
