Блог Юрия Гиренко
Юрий ГИРЕНКО: Дмитрий Анатольевич Медведев был моим самым сильным политическим разочарованием за последние два десятилетия. Не потому, что я был его поклонником – от привычки иметь политических кумиров я, слава Богу, избавился четверть века назад. Однако у меня были основания возлагать на него большие надежды, а он этих надежд не оправдал.
Юрий Гиренко: Хотел о Путине, но приходится опять о "болоте". Потому что насчет Путина многое (хотя далеко не все) понятно. В отличие от 2000 года, когда его выбирали в первый раз, ответ на вопрос who is Mr. Putin имеется. Даже не один. А вот насчет "болота" все не так ясно.
Юрий Гиренко: В политическом смысле болотное движение направлено против Путина – и только против Путина. И потому его задачей максимум было не допустить победы экс-президента на выборах 4 марта. Как минимум – не дать ему победить в первом туре. Однако первая задача не решается вовсе, а вторая – очень вряд ли.
Юрий Гиренко: Чем ближе к выборам, тем больше пафоса – и тем меньше иронии, а особенно самоиронии.
Юрий Гиренко: Требуется соблюдение обязательного условия: пусть не все оппозиционеры хороши, но все хорошие - оппозиционеры. Чулпан Хаматова разрушает эту стройную картину. И что с ней такой делать?..
Юрий Гиренко: У Болота нет своего кандидата - у Путина нет своего Болота. Да, конечно, можно скликнуть сто тысяч народу на Поклонную гору. Но это ведь игра на чужом поле. В медийном смысле провластная манифестация всегда проигрывает антивластной - потому что small is beautiful. Важно другое: происходит инверсия политической конкуренции. Выборы - отдельно, улица - отдельно.
Юрий Гиренко: Из администрации президента в правительство перевели раздражающего образованную публику манипулятора Владислава Суркова. А на его место посадили куда более прямолинейного и жесткого Вячеслава Володина. Во главе администрации поставили генерала Сергея Иванова. Вице-премьером назначили известнейшего из "ястребов" Дмитрия Рогозина... То есть, в ответ на протесты во властных структурах усилилось влияние сторонников жесткой линии.
Юрий Гиренко: Политический процесс, затухавший в течение всех нулевых, внезапно возобновился. Только все его участники уже крепко подзабыли, как заниматься политикой. И потому политическая конкуренция сегодня больше напоминает конкурс чудаков, в котором обе стороны ведут борьбу за второе место.
Юрий Гиренко: Сначала наступает Час Пик. Не обязательно пик - кинжалов, мечей, стрел, пуль, снарядов, бомб, шахидских поясов. Час, когда смерть собирает обильную жатву. А те, кого она в этот раз обошла стороной, замирают в страхе. Одни пытаются заглушить страх равнодушием. Другие заменяют его сочувствием. Третьи замещают ужас смелостью… но Час Пик минует - и настает Час Крестов. Когда погребают погибших - героев, жертв, преступников… И равнодушие, сочувствие, смелость переплавляются в скорбь. Искреннюю, ритуальную, мнимую - у кого как. А затем приходит Час Червей.
Юрий Гиренко: Первый тур выборов президента Украины определил, что карьера Виктора Ющенко закончена. Действующий глава государства получил чуть больше 5% голосов своих сограждан и был вынужден признать поражение. Однако вопрос о том, кто возглавит Украину после Ющенко остается открытым. Как и вопрос о том, каким курсом новый глава поведет это "новое независимое государство", вот уже 20 лет старательно и безуспешно доказывающее себе и миру, что "Украина - не Россия".
Юрий Гиренко: Путин должен выступить в роли основателя империи, но не династии. То есть, пробить через референдум установление монархии – и короновать Медведева. Оставшись при этом «вечным» канцлером. Выстроить систему так, чтобы следующие премьеры вели себя поскромнее, легко: примеров масса. Зато появится легальная рамка, в которой «Путин» будет не фамилией, а должностью. И Путин – при полном согласии возведенного им на трон императора – сможет реализовать бонапартистскую политику.
Юрий Гиренко: Чтобы модернизация осуществлялась, нужен "инновационный класс", который возьмет дело в свои руки. Но, если те, кто может составить такой класс, возьмут дело в свои руки, они, скорее всего, займутся не модернизацией… Такая вот "Уловка двадцать двадцать".
Юрий Гиренко: Третьего президента России Дмитрия Медведева нередко упрекают в слабости. Не только в "освободительных", но и в значительной мере в лоялистских кругах утверждение о медведевской слабости стало общим местом. Между тем, если это утверждение верно, то Медведева упрекать не в чем: в этом случае он всего лишь соответствует мировой политической моде.
Юрий Гиренко: Президент России Дмитрий Медведев объявил модернизацию. Причем, подчеркнул (а ряд наблюдателей это подчеркивание выделили жирным курсивом), что модернизация в России на сей раз будет, вопреки застарелой привычке, проводиться ненасильственно, без всяких там репрессий и диктатур. "Так не бывает", - сказали одни. "Только так и бывает", - заявили другие. А о чем они? Что бывает или не бывает? Присмотритесь - они ведь о разном говорят.
Юрий Гиренко: Почти десять лет назад (без полутора месяцев) Борис Ельцин передал Владимиру Путину скипетр и державу. То бишь, президентский штандарт и ядерный чемоданчик. И сказал: "Берегите Россию!". И Путин начал беречь из всех сил. Настолько сильно, что весьма значительная часть прежней политической элиты в голос закричала: "Авторитарная модернизация!". Авторитарная ли? Модернизация ли?..
Юрий Гиренко: Рост популярности Сталина связан не столько с его заслугами, сколько с усталостью и разочарованием общества по итогам новой русской революции. То есть, причины имеют главным образом конъюнктурный характер. Когда же (и если) ситуация изменится к лучшему, волна схлынет.
Юрий Гиренко: Давайте признаем честно: институт выборов в России не состоялся. Потому и рифма - одна. Государственный механизм, функционирование которого на рубеже тысячелетий наконец стало более-менее осмысленным, в выборах не нуждается. Обществу на выборы плевать…
Юрий Гиренко: Президент России Дмитрий Медведев попросил помощь зала. В смысле, призвал сограждан насытить его идеями, которые могли бы интеллектуально обогатить ежегодное президентское Послание к Федеральному Собранию. Звучит красиво, хотя, разумеется, вызывает сомнения. "Правительству был нужен человек с идеями. К сожалению, идеи у меня имелись. Через неделю на мое место посадили балетмейстера", - описанная Бомарше коллизия вечна, как власть.
Юрий Гиренко: Главная заслуга Ельцина в том, что он не дал конфликту стать гражданским. На стороне Верховного Совета выступали субъекты политики. Все - от Руцкого и Хасбулатова до последнего макашовского ополченца и баркашовского боевика - были людьми политическими, борющимися за то, что считали правильным. А на президентской стороне было только государство. Порыв Гайдара, бросившего клич в ночь с 3 на 4 октября, остался втуне. Люди пришли к Моссовету, куда их звал "отец реформ", но их решимость, к счастью, осталась невостребованной.
Юрий Гиренко: В этом году миновало ровно сто лет после того, как вышли "Вехи". Был поставлен диагноз и назначено лечение - но предписания семи докторов не были выполнены. Сегодня веховские диагнозы можно повторять практически дословно: все то же самое. Почему так? Почему русская интеллигенция, в своем третьем издании приобретшая совсем уж гиньольный вид, не уходит со сцены? Почему некому заменить ее в роли противовеса бюрократии (которую она играет ужасно)? Почему вне интеллигентских рамок почти не растет образованный класс?
Следующая » 1 2
