- Можно ли считать проект экопоселений, предлагаемый Максимом Калашниковым, инновационным?
- Этот проект не инновационный, потому что, например, Швеция уже живет в таких реалиях, и около каждого небольшого города в Швеции престижно иметь такую экодеревню. Просто потому что это - традиция, у них личная и общественная ответственность за экологию, за состояние окружающей среды - это норма.
На самом деле это довольно выгодный проект: сейчас мы тянем километры электросетей в городе, всех их содержим в нужном состоянии и так далее, а дома нулевого потребления автономны, сделаны из качественного материала. Но я не уверена, что наши заводы готовы производить материалы, которые нужны для строительства таких домов. К сожалению, наверное, сегодня это невозможно.
Но таких архитектурных проектов по миру довольно много, а в России архитекторы этим уже давным-давно интересуются, просто это все не поставлено на поток и не разрекламировано - потребители не знают, что это такое, именно поэтому это не так популярно. Если это станет массовым проектом, то, думаю, все получится.
- То есть то, что говорит Калашников - это правда, не мошенничество?
- Это идея, которую он перенял у шведов. Но я не говорю, что одна такая эко-деревня выведет Россию из кризиса, к тому же, у Калашникова это выдержано в очень странной идеологии - за это я не ручаюсь, я архитектор.
Но то, что это выгодное, хорошее строительство, что это нужно продвигать - это бесспорно. И это может вывести из кризиса техногенного, потому что сейчас у нас городская жилая инфраструктура находится в таком состоянии, что потребуется очень много денег, чтобы пришло все в порядок. Через какое-то время это отличная альтернатива тому, чтобы делать реставрацию нашей инфраструктуры.
- Сейчас сложилось целое направление - урбанистическая футурология. Среди проектов в этом направлении, например: идея построить один сплошной город вдоль трассы Москва-Петербург. Есть ли, на ваш взгляд, какие-то реальные проекты в этом направлении?
- Настоящая архитектура должна жить за счет того, чтобы придумывать какие-то гениальные или не совсем гениальные проекты, которые можно или нельзя построить. В начале двадцатого века архитекторы тоже были инноваторами. Просто это и есть инноваторство: идеи о решении проблем города.
Когда-то были другие проблемы, решались другие проблемы. Но вообще, архитекторы должны быть инноваторами. И в каждой инноваторской идее есть что-то интересное. Мне вот больше нравится идея об экологической деревне, может, просто из-за того, что этой идеей я занималась, рассматривала ее. В чем-то эта она требует доработки, но идея отличная.
- А в чем проблема с реализацией таких проектов?
- Главная проблема, как я уже сказала, в том, что у нас нет заводов, на которых возможно изготовление материалов для строительства экодеревни.
Также, это значит, что всех наших инженеров, которые воспитаны в советской школе, надо срочно переучивать, - а это огромные деньги, особенно если приглашать учителей из других стран, поскольку у нас не хватает базовых знаний, методик.
Кроме того, любой проект нужно адаптировать под экосреду. Швеция - это аграрная страна, во всяком случае очень долго ею была. Поэтому, в Швеции эта идея применима в одном виде, у нас – в совершенно в другом. То есть любую идею, которую мы заимствуем, нужно перерабатывать под особенности нашей страны.
Надо сказать, что эксперимент с такими экодеревнями ставился, и проблема в том, что не все люди согласны в них жить. Не все хотят уехать из Москвы и поселиться в деревне под Москвой, даже если там будет интернет и все будет здорово. Вот я бы лично не уехала из Москвы.
Есть и такое мнение, что людям, которые занимаются коммунальными инфраструктурами, будет невыгодно отсутствие общей сети, потому что это - их хлеб.
Есть шанс, что эти деревни могут превратиться в трущобы, поэтому их просто нерентабельно строить. Поэтому при подготовке к проекту, нужно хорошо подготавливать почву: социальную, инженерную и так далее.
- То есть массовое строительство таких поселений подразумевает обширную инфраструктуру?
- Да, огромную инфраструктуру и серьезное исследование этого вопроса. Например, выяснить, как сделать так, чтобы люди согласились поехать в это поселение? На каком расстоянии от города должны быть эти поселения или, может, там тоже должны располагаться офисы?
- А с финансовой точки зрения как выглядит этот проект?
- С финансовой точки зрения - дорого покупать знания, повышать квалификацию или куда-то кого-то приглашать преподавать. Очень дорого менять структурную направленность заводов, которые производят материалы для строительства. Но с точки зрения потребителя, такие поселения очень выгодны, они окупаются для частного лица где-то в течение 10 лет. А с точки зрения энергосбережения - это очень выгодно. У нас бы не было таких проблем с Саяно-Шушенской ГЭС, если бы вокруг нее стояли экопоселения.
- Вы говорили, что подобные проекты уже были, а кто выступал их инициатором: государство или частные лица?
- Нужно понимать, что в Швеции очень много строят на общественных началах. К тому же шведы, у них это заложено в менталитете, очень заботятся об экологии: они никогда не срубят лишнее дерево. Строительство таких поселений началось в 80-х годах, и сейчас это уже массовое явление в этой стране.
- В каких странах еще, помимо Швеции, есть подобные поселения?
- Знаю, что подобные проекты были в Норвегии, Германии, Финляндии. И я бы хотела заметить, что в Европе считается дурным тоном не вносить в архитектурный проект экологическую базу, экологически безопасные материалы, делать проект без учета инноваций.
