От редакции: Наивно думать, что разворовывание культурно-исторических ценностей является в современной России преступлением. Увы, это не так. Массовое хищение музейных экспонатов превратилось в почти легальный, исключительно популярный и высокодоходный бизнес. По данным департамента уголовного розыска (ДепУР) МВД России, в результате двухлетней работы правительственной комиссии по ревизии музеев, завершившейся в 2008 году, в музеях РФ была выявлена недостача 50-ти тысяч единиц культурных ценностей. Проверка проходила в музеях федерального подчинения. Заключение комиссии гласило, что экспонаты были не похищены, а неким таинственным образом "утрачены" при переездах, либо переданы в другие филиалы без должного учета. Однако такой способ "списывания" культурных ценностей является ничем иным как постоянным бизнесом работников галерей. В больших городах трудно найти музей или библиотеку, где в самое последнее время не произошла бы крупная кража. Ежегодно в нашей стране совершается более двух тысяч подобных преступлений, однако их раскрываемость крайне низка, что позволяет злоумышленникам действовать почти безнаказанно. Если отсутствует единая система учета и паспортизации предметов, хранящихся в учреждениях культуры, не проведена регистрация, описание, фотофиксация ценностей, то пропажу можно попросту "не заметить". Лишь около 15 процентов единиц хранения отечественных музеев имеют полноценные каталоги, отвечающие мировым стандартам.
Откуда берутся эти предприимчивые "служители культуры", нечистые на руку работники музеев и галерей? Что позволяет им плодиться, как саранче, да и чувствовать себя в комфорте и безопасности? Причина одна: в соответствующей области отсутствует юридический фундамент. А если нет закона – нет и ответственности, ведь вор, как известно, не виноват в том, что законы позволяют ему воровать. Помимо Федерального закона "О вывозе и ввозе культурных ценностей" от 1993 года существует множество всевозможных документов, зачастую противоречащих друг другу, что создает ситуацию правового коллапса. По непонятным причинам до сих пор не существует не только единой нормативной базы, но и реальных институтов, которые должны обеспечивать сохранение культурного наследия в нашей стране.
Желая пролить свет на эти таинственные причины, мы побеседовали с Евгением Игоревичем Юмашевым, руководителем юридической службы Общероссийской организации "Общественная народная академия наук".
- Евгений Игоревич, известно, что в течение последних нескольких лет все чаше можно услышать возгласы недовольства по поводу плачевного положения культурных ценностей в России. До сих пор не существует продуманной законодательной базы, которая позволяла бы с должным вниманием относиться к культурному наследию в нашей стране. Соответствующую законодательную базу уже давно пора создать, но этот вопрос замалчивается уже добрый десяток лет. Может возникнуть ощущение, что он замалчивается сознательно, и за этим могут стоять чьи-то интересы… Как Вы прокомментируете сложившуюся ситуацию?
- К сожалению, все это действительно так. Нет никаких объективных причин для отсутствия необходимой законодательной базы… А вот субъективные причины – есть. Поскольку если нет законодательной базы – нет и контроля. Значит, можно нагло и безнаказанно вывозить культурные ценности из России, уничтожать их. Масштабы этого явления таковы, что его вполне можно приравнять к терроризму по отношению к своей же стране.
- Расскажите подробнее, каким образом и почему все это происходит?
- В законе РФ "О вывозе и ввозе культурных ценностей" (статьи 15, 16, 17) говорится о Межведомственном совете. Что такое Межведомственный совет? Это – совокупность учреждений, состоящая, в том числе, из правоохранительных органов, которые принимают решение о временном вывозе культурных ценностей, в частности, тех, которым более 100 лет. Речь идет, конечно, о культурных ценностях, являющихся достоянием РФ, находящихся, например, в наших музеях, а также у граждан, уезжающих на постоянное место жительство. Казалось бы, проблема исключительно важная, но Межведомственный совет отсутствует, как таковой… В совет должны входить сотрудники музеев, общественные и научные деятели, депутаты, сотрудники правоохранительных органов. Эта проблема должна быть решена постановлением Правительства Российской Федерации не только по музейным, архивным и библиотечным вопросам, но и по вопросам объектов культурного наследия народов Российской Федерации. Работа Межведомственного совета в отношении музеев до сих пор не урегулирована и практически не ведется. Решение на сегодняшний день принимается лишь одним органом исполнительной власти. Президенту Медведеву я направил предложение создать Межведомственный совет по памятникам и закрепить его в 73 ФЗ, в законе "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации". На сегодняшний день Межведомственного совета по сохранению памятников культуры народов РФ не существует, а значит, что соответствующая работа не может проводиться должным образом. Существует лишь так называемый научно-методический совет, не подкрепленный юридически. В него входят известные, уважаемые люди, выражающие свое просвещенное мнение… Но никакой юридической силы это просвещенное мнение не имеет. Да и ответственности они за это не несут. Вывели, снесли и забыли…
- В мире проходят многочисленные выставки, экспонаты для которых предоставляют крупнейшие российские музеи, такие как Третьяковская галерея, Государственный Русский музей, Эрмитаж, Исторический музей, музеи российской провинции и многие прочие… Какова судьба бесценных экспонатов, представленных на подобных выставках? Все ли возвращается назад, или в данном случае мы имеем дело с одной из лазеек для злоумышленников?
- Вопрос, прямо скажем, риторический. Поскольку не существует Межведомственного Совета по вопросу вывоза выставок, более того, принимает выставки именно тот, кто их и вывозит, можно сделать вывод, что этот процесс неуправляем и в настоящее время никак не контролируется. Да и специалистов, могущих осуществлять подобный контроль, практически нет – не существует факультетов, которые готовили бы подобных специалистов. Их нет ни в Российской таможенной академии, ни в Академии МВД, ни в Академии ФСБ. И отсутствие специалистов не только создает неразбериху, но является еще одной возможностью прикрыться. Скажет, например, работник музея, или привлеченный по знакомству тем же музеем, сотруднику ФТС России либо другим правоохранительным органам, что он – реставратор высшей или первой категории, учился долго, стаж большой, опыт, насмотренность на предметы, в общем, великий специалист. А вы, дескать, ничего не понимаете в этом вопросе… И проконтролировать, удостовериться в том, что в Россию вернулось именно то, что отсюда увезли, нет никакой возможности.
- Встречались ли случаи, когда, несмотря на все сложности, связанные с отсутствием юридического фундамента, исчезновение или подмена культурных ценностей все-таки обнаруживалась, преступление было раскрыто, а виновный понес наказание?
- Некоторые факты хорошо известны. Почитайте, к примеру, Бюллетень Счетной палаты Российской Федерации. Постановление от 18.02.2000 г. №5(197) "О результатах проверки в Государственном Эрмитаже"... От масштабов потерь, которые понесла наша страна, волосы встают дыбом. Этот документ есть в интернете, в открытом доступе. Важно понять следующее. Поскольку законодательство в сфере культурного наследия и культурных ценностей за десять изменилось весьма незначительно, нет оснований полагать, что сегодня дело обстоит иначе. Имеет место тотальный болезненный процесс, а не отдельные случаи нарушений. Что касается второй части вашего вопроса, могу сказать, что виновные наказания не понесли. Более того, они остаются на своих постах. Поскольку соответствующий вопрос сейчас поставлен предельно остро, обсуждается в Администрации Президента, Государственной Думе и Правительстве РФ, можно надеяться, что необходимые изменения в законодательной базе все-таки произойдут, несмотря на противодействие ряда лиц, руководствующихся, главным образом, корыстными мотивами.
- Ситуация, по-видимому, приобрела уже не только драматический привкус, но и масштаб катастрофы. Есть ли хоть какие-то изменения благоприятного характера? Хотя бы что-то сделано за последние годы?
- Да, кое-что сделано, в особенности – после известной статьи в "Независимой газете" под названием "10 лет без правовой базы" от 11 июня 2008, которая была написана по материалам моей аналитической записки. Например, в этой статье я говорил об отсутствии контроля и надзора за состоянием музейного фонда России, электронных базах данных, об ответственности за разрушение объектов культурного наследия, археологии и т.д. Эффективное решение этой проблемы даст нам возможность развиваться в соответствии с Бернской конвенцией, что, безусловно, является вопросом престижа нашей страны. Лишь недавно дело сдвинулось с мертвой точки, хотя и с явным запозданием. Видимо, процесс предстоит длительный и трудный, поскольку вместо того, чтобы деятельно решать эту проблему, у нас принято искать множество причин, препятствующих благому делу. Например, обычная ссылка на отсутствие кадров. А далее – бездействие. К сожалению, это – заинтересованное бездействие.
А по поводу комизма – Вы правы. Смешных ситуаций было много. Например, совершенно невероятный, но, к сожалению, вполне характерный случай, когда машинистка Б.Н. Ельцина ошиблась, или опечаталась, а в результате ее "случайной" опечатки памятник архитектуры перестал быть памятником со всеми вытекающими последствиями для судьбы этого памятника. Мария Ситтель в одной из своих программ попыталась пролить свет на этот случай, беседуя с руководителем Росохранкультуры А.В. Кибовским, но что там на самом деле произошло и как это объяснить, так и осталось покрыто мраком неизвестности. К слову сказать, реконструкция памятников по политическим мотивам была принята постановлением Совмина СССР и началась в 1986 году. Первый памятник был реконструирован на Большом Дровяном переулке, д. 6. Но процесс затянулся вплоть до сноса культурного достояния нашей страны. К счастью, столь откровенный беспредел в отношении памятников культуры был остановлен руководством страны в 2008 году.
- Какие законодательные инициативы надо предпринять прежде всего, чтобы остановить уже давно сложившую ситуацию произвола?
- Постановлением Правительства необходимо создать Межведомственный Совет по сохранению объектов культурного наследия народов Российской Федерации. Также необходимо закрепить этот Совет в законе 73 - ФЗ, "Об объектах культурного наследия народов Российской Федерации", и это можно сделать только при поддержке Президента. Откорректировать Закон Российской Федерации "О вывозе и ввозе культурных ценностей". Также необходимо разработать положение об экспертах, которое внесет коррективу в государственные функции, функции эксперта и правоохранительных органов. Помимо этого, необходимо создать правила антикварной торговли, которые направлены на развитие бизнеса в соответствующей сфере. В настоящее время их не существует. Я создал проект таких правил. Эти правила дадут возможность создать рабочие места, принесут прибыль деловым людям, гражданам и налоги государству.
- Вы неоднократно выступали с предложениями относительно законодательной базы по сохранению культурных ценностей. Какова судьба этих предложений?
- Да, в период работы в Департаменте по сохранению культурных ценностей Минкультуры России (с 1999 по 2004 гг.), я не единожды выносил подобные предложения. Все, о чем мы с Вами говорили: это и положение об экспертах, и правила антикварной торговли, и взаимодействие правоохранительных органов с Департаментом по сохранению культурных ценностей. Ни одно из этих предложений принято не было. Более того, мои идеи столкнулись с довольно сильным сопротивлением.
-Почему же? И с каким именно сопротивлением Вы столкнулись?
- Долгая история, но приведу несколько примеров. Когда Министерство культуры Российской Федерации было упразднено, я ушел во вновь образовавшееся Управление Федеральной службы по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия по Центральному федеральному округу. Руководителем Управления в 2004 году был назначен Федоров Игорь Николаевич. Из Управления за подписью Федорова И.Н. в центральный аппарат Россвязьохранкультуры на имя А.И. Вилкова было направлено предложение о конфискате в соответствии постановлением Правительства Российской Федерации № 311-2003 года, а я был назначен исполнителем. Конфискат, в данном случае, представляет собой предметы, которые обращены в доход государства по суду. Имеются также задержанные предметы, которые находятся без движения в силу того, что правовая база на этот счет крайне слабо разработана. Суть предложения заключалась в том, чтобы передавать конфискованные предметы в Музейный, Библиотечный и Архивный Фонды, и выработать, наконец, порядок этой передачи. Те же предметы, которые остались – реализовывать. Замечу, что реализовывать предметы, имеющие культурную ценность необходимо, поскольку музеи, библиотеки и архивы далеко не всё берут на сохранение в свои фонды в силу больших утрат. Ясно, что все процедуры подобного масштаба должны контролироваться законом, в противном же случае мы пускаем все это на самотек. Правовая база уже много лет нужна, как воздух, но воз, как говорится, и ныне там…
Другой пример. В августе 2005 года я возглавил юридический отдел в Административно-правовом департаменте Министерства культуры и массовых коммуникаций Российской Федерации. Отделу поручили разработку Административных регламентов по проекту "Тасис" (Tacis). Этот проект был инициирован Европейским Союзом для проведения Институциональной реформы государственного сектора. Регламенты вводятся для облегчения нашим гражданам жизни в чиновничьих кабинетах. С большим боем, при моем активном участии, мой отдел на 70% подготовил два регламента, далее их у нас забрали. Спрашивается, почему? По мере работы обнаружилось, что руководителям Россвязьохранкультуры разработка этих регламентов невыгодна. Эти господа привыкли жить по старому, то есть: если нет закона – нет и ответственности. Что хочу, то и ворочу, но только в пользу себя, любимого.
С оружием, обладающим культурной ценностью, как выяснилось, связаны не менее таинственные загадки, нежели с памятниками. Например, в 2006 году я написал довольно мягкое письмо на имя Р.Г. Нургалиева о проверке одного очень крупного антикварного салона на предмет оружия, имеющего культурную ценность. Проверка состоялась УЛЛР ГУВД г. Москвы. Замечу, что проблема оружия, имеющего культурную ценность, обсуждается в Государственной Думе давно, но, к сожалению, безрезультатно. Законопроект принят в первом чтении в 2001г., то есть законодатель признал, что есть пробел в этом вопросе. А вот на второе чтение законопроект так и не вышел… И ребенку понятно, что вопрос оружия, имеющего культурную ценность, должен был быть урегулирован законодательно между МВД России и Минкультуры России, но этого не произошло до сих пор. Почему? Здесь могла помешать только чья-то личная инициатива либо безграмотность. И то и другое преступно по отношению к своей стране…… Я сталкивался с множеством подобных случаев, но все они похожи друг на друга, как близнецы.
- Через некоторое время после этого случая Вы, работая в Государственной Думе Федерального Собрания РФ, написали аналитическую записку, впоследствии опубликованную в Независимой Газете… Каковы были последствия столь смелого шага лично для Вас?
- А вот здесь начинается прямо-таки детективная история. В то время моя супруга Мудрова А.Ю. работала в ГУП "Центральные научно-реставрационные проектные мастерские" и занималась выявлением объектов культурного наследия для дальнейшего их сохранения.
16 июня 2008 года, сразу же после публикации статьи в "Независимой газете" из Россвязьохранкультуры пришло письмо в ДУР МВД России по поводу профессиональной деятельности Мудровой А.Ю. В этом клеветническом доносе утверждалось, что она якобы не является законопослушным гражданином. Будто бы она при экспертизе неправильно датировала киоты. В августе 2008 Мудрова А.Ю. была арестована, и целый год находилась с так называемой преступной группой в СИЗО. Следователи на протяжении целого года не пускали законного супруга в СИЗО (официальный отказ имеется). Также имеются все материалы дела в Администрации Президента Российской Федерации, Федеральной службе безопасности Российской Федерации и т.д. Пикантно, что следователь, возбудивший это уголовное дело, в настоящее время сам находится под следствием за взятку в особо крупном размере по делу о контрабанде.
За это время я написал ряд писем, посвященных государственному устройству. По моему письму на имя Президента Российской Федерации и Генерального Прокурора Российской Федерации, был образован единый Следственный комитет Российской Федерации.
Заместитель руководителя Россвязьохранкультуры А.И Вилков уволен. А вот В.В.Петраков до сих пор находится на рабочем месте, поскольку уверен в поддержке вышестоящих. Видимо, руководитель Росохранкультуры А.В. Кибовский, находящийся под Указом Президента, бережно опекает своих протеже и имеет веские основания полагать, что ему все дозволено…
- Что же инкриминировалось А.Ю. Мудровой?
- Ей инкриминировалась 188 статья УК, часть 4 (контрабанда). Она выдала несколько Свидетельств на право вывоза культурных ценностей Российской Федерации, и в целях экономии средств, гражданин США, кстати, инвалид, собрал эти ценности воедино. И отправил разом. Любопытно, что упаковочная тара весила даже больше, чем отправленные киоты! Киот – это ящик, рамка, для лучшего понимания. Причем самая обыкновенная. Определить, что является особой культурной ценностью, что просто культурной ценностью, а что не имеет культурной ценности – в наших условиях беззакония невозможно. Потому что один искусствовед скажет одно, другой – другое, а общепринятых методик на этот счет нет. Я это наблюдал, когда работал в Департаменте. Кто авторитетней, тот и победил. Фактически – "по понятиям", как в 90-е годы. Хотелось бы отметить, что экспертов по данному вопросу на весь Центральный Федеральный округ 9 человек. Делайте выводы.
13 июля 2010 года Руководителем следственного органа – заместителем начальника Следственного комитета при МВД России генерал-майором юстиции Ю.Ф.Алексеевым дело по моей супруге было продлено до 1 ноября 2010 года. Для продления следствия достаточно было механически вписать новых участников… Решили, таким образом, затянуть это дело на много лет. По УПК РФ это возможно.
- Встречались ли Вы хоть с какой-то поддержкой и пониманием за все эти годы?
- Да, например Петр Федорович Иваньков, Президент Общенародной Академии наук, доктор экономических наук, еще в 2007 году, когда меня увольняли из Министерства культуры и массовых коммуникаций, написал Президенту РФ Д.А.Медведеву письмо в мою поддержку. Я бесконечно благодарен всем тем, кто честно и открыто высказал свою позицию по поводу происшедшего. Тем не менее, прискорбно сознавать, что лучшие и наиболее профессиональные кадры, именно по причине своего профессионализма и честности, могут быть, фактически, устранены в угоду определенным личностям, чья деятельность насквозь пропитана коррупцией. Вот так и решаются у нас проблемы культуры…
Беседовал Кирилл Журавлев
Данные о профессиональной деятельности Е.И. Юмашева:
03.2010 – настоящее время. Общероссийская организация "Общественная народная академия наук". Руководитель юридической службы
09.2008 – 03.2010 АНО "Национальный комитет по науке и промышленности". Заместитель директора.
11.2005-06.2007 Министерство культуры и массовых коммуникаций РФ. Начальник юридического отдела Административно-правового департамента.
10.2004-09.2005 Управление Федеральной службы по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия по Центральному федеральному округу. Заместитель начальника отдела охраны культурного наследия.
06.1999-06.2004 Департамент по сохранению культурных ценностей Министерства культуры РФ. Главный специалист, ведущий специалист.
Бездеятельность чиновников создала условия для нерегламентированного распоряжения культурным наследием.
