Вчерашняя телепередача на "Дожде" про Навального и Кузьминова меня лично поразила тем, что за два часа разговора (не вытерпел больше) не было произнесено ни одного экономического аргумента. Хотя казалось бы, все-таки речь шла об определенной логике экономического поведения госорганизаций, регулируемого пресловутым ФЗ.
Все свелось к тому, кто сколько украл, украдет или сможет украсть благодаря законам. Получилась дискуссия чиновников - или даже хуже, не чиновников, а экспертов чиновников - с гражданским активистом. При этом позиция экспертов Кузьминова и Ясина невероятно отвратительна: ты, мальчик, сюда не суйся, здесь умные люди сами все решат. И плевать на то, что такие "мальчики" - это все общество. И плевать им на то, что ГУ ВШЭ - не место для дискуссий. По крайней мере таких.
Такие разговоры необходимо вести в парламенте. Поскольку вопросы регулирования госзакупок - это вопрос экономический по содержанию и политические по форме. А не экспертно-бюрократические.
Позиция Навального по форме вроде бы правильная: в таких вопросах необходима публичность. Но по сути Навальный занял точно такую же менеджериально-чиновничью позицию, только наоборот. Его, как и Кузьминова и МЭР вообще не интересуют вопросы хороших закупок. Их интересует вопрос о том, как бы кто чего не украл. И именно в этой логике возникает "коррупция" как предмет: в противостоянии общества и чиновников.
В итоге демагогии Навального Кузьминов и К противопоставили стратегию забалтывания - противники были друг друга достойны, ничего не скажешь. И это притом, что у Кузьминова существовала совершенно другая возможность для аргументации - использовать не чиновничьи резоны, а именно экономические. Их очень здорово изложил экономист-либертарианец Новиков: "Нынешний закон о госзакупках направлен на ложную цель - "помешать коррупции". Правильная же цель - "сделать хорошую покупку". Главный вопрос в том, что получат налогоплательщики на свои деньги, а не в том, сколько украдут чиновники. Нередко то, что мешает коррупции, мешает одновременно и хорошим покупкам".
Из перспективы этого аргумента видно, насколько искусственным феноменом является коррупция и насколько ложной является практика борьбы с нею, что в версии Навального, что в версии Медведева. Коррупция гораздо чаще является ответом экономических агентов на недостатки системы, чем средством личного обогащения.
Почему Кузьминов и К не использовали экономические аргументы? Ведь используй их, у ГУ ВШЭ появился бы шанс одержать очевидную победу над Навальным в споре, тогда как стратегия забалтывания обычно тяготеет к ничьей. Наверное потому, что ГУ ВШЭ не столько экономическая школа, а, как и сам МЭР, к которому она относится формально, сколько чиновничий анклав: фирма по производству и трудоустройству разнообразных начальников и их экспертов.
