Черкизон в головах
Уже несколько дней с разной степенью интенсивности обсуждается в политическом рунете тема закрытия Черкизовского рынка. Более того, из политической тема превратилась в народную, и стала не просто поводом для интернет-пересуд, а вопросом, волнующим умы многих россиян. Конечно Черкизовский рынок как работающий, так и закрытый - большая проблема для города. Но не о самом рынке и его постоянных обитателях по обе стороны прилавка хотелось бы мне повести сегодня речь, а о том, почему перипетии Черкизовского рынка так занимают умы людей.
Начну со своих детских воспоминаний.
В Волгограде я живу в 10 минутах ходьбы от нашего «Черкизона» - Тракторного рынка. Он не раз менял владельцев и названия, но практически каждый волгоградец знает его именно как Тракторный: самая большая в городе толкучка, на которой можно купить все (этакий супермаркет под открытым небом). Жили мы, в моем детстве довольно небогато (родители бюджетники, а как выдавались им зарплаты в 90-е, думаю рассказывать не нужно) и одеваться приходилось именно там. Мама, с ее нелюбовью к стандартным вещам всегда что-то себе шила, меня тоже старалась одевать насколько возможно незаурядно и стильно.
В 6-м классе меня захватил вирус «дворовой» массовой культуры. Группа «Фабрика», певица Глюкоза и, разумеется, сарафанчики с Тракторного. Дешево, аляписто, и, как я теперь понимаю довольно уродливо. На рынок мы ходили с подругами, по 5-6 часов на выходных, шопинговать под открытым небом. В дорогие ряды даже не шли, сразу сворачивая на вьетнамские лотки. В понедельник в школу приходили девочки в одинаковой одежде: трагедия, конечно, но рынок от этого не становился менее привлекательным. В моем 8-м появились дешевые одежные магазины. В них продавали таможенный конфискат (во всяком случае, так говорили на кассе), в основном изымаемый у тех же рыночных торговцев, а почему такой же однообразный как и на самом рынке. Но это был магазин: с примерочными, стойками, а значит, закупаться там было намного престижнее, чем на рынке.
В 9-м же я открыла для себя нормальные магазины. OGGI, Sela, Taxy, Incity - марки не дорогие, и на распродаже их вещи стоили дешевле, чем на рынке. Я начала одеваться там и, разумеется, мои подруги сразу заметили смену имиджа, оригинальные (для них) вещи и ярлычки известных им марок. Мы даже ходили пару раз в магазины вместе, но... я продолжала недорого одеваться в торговых центрах, а они сохранили верность рыночным вещам. Цены на рынке росли, скоро они сровнялись и даже превысили недорогие марки одежды, но ничто не могло убедить моих подруг перейти оттуда, или с точек продажи конфиската в брендовые магазины.
Сейчас, возвращаясь к своему недавнему прошлому, я начинаю понимать, что дело было вовсе не в ценах. Девочкам от родителей, от старших подруг передалась этакая «рыночная модель мышления», которая, разумеется, заключалась не в понимании механизмов «невидимой руки рынка» и основных принципов вложения капитала в производство, а в том ощущении изобилия и дешевизны, которое дарит рынок. После советских прилавков яркое вьетнамское шмотье стало тем манком, на который пошли в 90-е за перестройкой в капитализм советские люди. И сейчас однообразные вещи с рынка все еще остаются на задворках людского сознания признаком хорошей жизни, эта идея стала фоновой, не рефлексируемой. На блестящие вещи женщины как сороки налетают, не следя ни за фасоном, ни за качеством, ни за тем, насколько хорошо сидит на них эта вещь.
Конец Черкизона потому вызывает столько откликов, как положительных, так и отрицательных, что это не столько экономический вопрос, сколько попытка отучить людей от «рыночного» способа мышления. Россия выходит из постсоветского периода: времени вьетнамских шмоток и блестящих бирюлек, поэтому и Черкизон, где бы он ни был - в Москве, в Волгограде или любом другом городе России должен исчезнуть как образ жизни, как тип мышления, как способ мировосприятия, коим служил он последние 20 лет для многих людей. И сохранятся ли при этом рынки, как места продажи дешевых товаров совсем не важно.
Источник:http://www.liberty.ru/community/blogs/entry/--2009-07-17-0
